— Либо одному из замыкающих кораблей, — уточнил я. — Итого, на выбор — три цели. Проблемы немодернизированных дредноутов в том, что их артиллерия расположена исключительно по бортам и в носовой части — проблема устаревшего дизайна и костного подхода верфей «Звездолетов Рендили» к проектировке. Это сражение — большая удача, капитан, на самом деле.
— Это еще почему? — нахмурился Гилад.
— Потому что мы можем наглядно наблюдать что из себя представляют эти корабли в линейном бою, — объяснил я. — Как вы можете отметить, комбинированный турболазерно-ионный обстрел трех разрушителей довольно быстро просаживает их щиты, несмотря на то, что они всего лишь на несколько пунктов отстают по своей таковой мощности на наших кораблях. Продублируйте приказ на «Неумолимый» и «Штурмовой ястреб», чтобы их перехватчики занялись двигателями ближайших к ним концевых «дредноутов», в то время как истребителям всех трех разрушителей необходимо усилить нажим на головные корабли. Огневое решение для звездолетов — то же. Четыре корвета и «Крестоносец-II» отправьте на перехват вражеских истребителей, остальным — заняться шестым дредноутом. Задание — обездвижить, не уничтожить. «Черному Аспиду» и «Вечному гневу» оставить по эскадрилье для защиты своих кораблей, остальные направить на орбиту планеты и организовать… Отставить, капитан, — произнес я, улыбаясь. — Хорошая попытка, сенатор Иблис.
— Сэр? — непонимающе уставился на меня Пеллеон.
— Для истребителей и перехватчиков с разрушителей — цели прежние, — уточнил я свой предыдущий приказ. — Бомбардировщики вернулись?
— Находятся на ротации, сэр. Передовая линия обороны противника уничтожена.
— Прекрасно, — отозвался я. — Прикажите загрузить их кумулятивными ракетами. Аналогичный приказ продублируйте и на остальные разрушители.
— Так точно, — Пеллеон быстро заговорил в коммуникатор. После того, как он закончил, то задал новый вопрос:
— Вы увидели изменение в их тактике?
— Задний правый и центральные «дредноуты» совершили одновременный поворот влево, раскрыв план атаки на «Черный Аспид», — пояснил я. — Передовые дредноуты обозначены в качестве отвлекающего маневра, в то время как три других — для потенциального прорыв. Прикажите «Неумолимому» и «Штурмовому ястребу» сменить позицию и сблизиться с противником, одновременно сосредоточив на нем огонь четырех корветов. Еще шесть направьте для нападения на шестой корабль. Остальные — распределить между «Химерой» и «Штурмовым ястребом». Очевидно точкой разворота будет дистанция в сорок единиц — так они смогут направиться к «Черному Аспиду» на максимальной скорости и кратчайшим путем. Что ж, мы разрушим их планы.
— Приказ понятен, сэр, — Пеллеон сделал отмашку офицеру связи.
«Химера» обрушивала свой огонь на «дредноут» перемычку, в то время как ее перехватчики уже зашли в корму принадлежащего кореллианцам корабля. Убийственный по своей эффективности огонь атакующих парами шесть двигателей тяжелого крейссера перехватчиков был поистине ужасающим.
Из-за дальности расстояния и корпуса корабля, скрывающего от нашего взора действия перехватчиков, не было понятно, что там вообще происходит и насколько эффективны наши малые корабли.
Но первый же взрыв, от которого центральный «дредноут» вздрогнул и сбросил скорость, отставая от своих систершипов, продемонстрировал, что пилоты перехватчиков прекрасно понимают кто они такие и для чего были сюда приглашены.
Не скажу, что понял замысел Бела Иблиса с самого начала, но именно движение двух кораблей выдали их истинные намерения. Учитывая, что произошло это на дистанции всего в пятьдесят единиц, то точка разворота на сорока — вполне себе подходит. Именно по обозначенным мной мотивам.
Меж тем разворачивалась потрясающая картина.
Действия «Неумолимого» и «Штурмового ястреба» заставили противника реализовать свой замысел раньше намеченного, чтобы не позволить первому разрушителю прийти на помощь «Черному Аспиду».
— Рулевой, полный вперед, курс ноль-семь точка двадцать. Поворот девяносто градусов на левый борт, — приказал я.
В сорока двух единицах от «Химеры» пятерка тяжелых крейсеров начала свой правый поворот, намереваясь выдвинуться к нашему крейсеру-тральщику. В сложившейся ситуации только действия наших МЛА приносили ощутимый вред противнику — подныривая под их щиты, истребители и перехватчики крушили дюзы двигателей и стремились нанести вред орудиям «дредноутов». Что ж, в некоторых случаях это помогало, но проблема заключалась в том, что выступы на корпусе кораблей — блистеры — имели завидное бронирование и с первого же залпа пробить их и уничтожить всю батарею разом не получалось. В отличие от двигателей — при повороте я уже имел удовольствие наблюдать за тем, как каждый из пяти кораблей противника уже имеет минимум по одному дымящему и вышедшему из строя двигателю. Но он лишь один из шести имеющихся на каждом их кораблей.
В настоящий момент диспозиция изменилась не сильно.
