"Но не говорить же теперь ему спасибо", — усмехнулся Поттер.
"Почему?" — раздался в его голове возмущенный голос Гермионы.
"Эльфы — это эльфы. Их не благодарят", — прозвучал в ответ голос старшего Малфоя, давно отучившего Гарри благодарить домовиков.
— Сэр Люциус всегда велит нам складывать чемодан вместе с сэром Драко, чтобы младший хозяин имел возможность подумать, все ли положено, — пискнул Риппи.
— Хорошо, — согласился Поттер. — Сделаем также.
Риппи открыл чемодан и стал медленно укладывать вещи, а Гарри следил за процессом. Он нашел еще несколько нужных мелочей, не привлекших внимания эльфа, и понял, что такой способ действительно удобнее. Сборы заняли всего двадцать минут, а порядок в чемодане был просто идеальный.
Перед ужином Люциус позвал Гарри и Драко к себе в кабинет.
— В этом году, — начал он, — вам предстоит выбрать необходимые предметы для более углубленного изучения. Надеюсь, вы оба определились с вашими предпочтениями.
Мальчики дружно кивнули. На этом, собственно, сборы и закончились.
На вокзал Кинг Кросс переместились порталом.
Люциус вышагивал впереди со своей знаменитой тростью, едва заметно раскланиваясь со встречными магами. Гарри катил вместе с Драко тележку, не замечая в творившейся суматохе странных взглядов, и вертел головой в поисках друзей. Малфои и Поттер прошли уже половину состава, когда Гарри, наконец, заметил семью Уизли. Те смотрели на него шестью парами округлившихся глаз и как по команде отвернулись.
Гарри сумел сдержать эмоции, но с лицом, видно, не справился — потому что на его плечо тут же опустилась рука Малфоя-старшего.
— Не стоит, — мягко сказал Люциус. — Они поймут.
— Надеюсь, — буркнул Гарри и почувствовал, как пальцы, подбадривая, сжали его плечо.
И они пошли дальше, к началу Хогвартс-экспресса.
— Как бы мне ни хотелось, чтобы вы ехали вместе, я не советую вам шокировать однокурсников, — сказал Малфой, остановившись, наконец, у дверей очередного вагона. — Но смею надеяться, обещания, данные друг другу, вы тем не менее сдержите. Впрочем, я собираюсь посещать Хогвартс раз в неделю для дополнительных занятий с Поттером, а стало быть, все увижу сам.
— Жду твоих писем, Драко, — как всегда, ежедневно, — повернулся он к сыну, и тот утвердительно кивнул. — Это касается и тебя, Гарри. Я должен знать, как твои дела.
Поттер чуть удивился тому, что Малфой снова назвал его по имени и обратился на "ты". Звучало это по-домашнему — словно его приравняли к сыну, и Гарри заулыбался, отвечая на рукопожатие наставника, и продолжал улыбаться, поднявшись в вагон.
— Встретимся завтра в библиотеке после уроков, — сказал он младшему Малфою.
— Обязательно, — пообещал Драко.
Они разошлись: Поттер — вправо, Малфой — влево. Усевшись в пустом купе, Гарри стал смотреть в окошко: на платформе по-прежнему стоял Люциус и крутил головой, находя взглядом обоих мальчиков.
А потом поезд тронулся, и Малфой смотрел ему вслед.
Гарри не слишком скучал в пустом купе, но ехать одному было непривычно. Он уже собирался пройтись по вагонам, разыскивая Рона и Гермиону, но, вспомнив, как отвернулись от него Уизли на платформе, передумал.
"Кажется, только близнецы мне кивнули, — подумал Поттер с раздражением. — А собственно, что такого? Они же знали, что я живу у Малфоев. Зачем, в таком случае, удивляться, что именно они доставили меня на вокзал? И вообще, это была не моя идея — ехать в замок". Впрочем, он нисколько не сожалел, что провел лето именно там.
Поезд проехал две трети пути, когда дверь купе заскрипела, открываясь, и в проеме показались Рон и Гермиона.
— Ах, вот ты где, предатель, — сердито произнес Рон вместо приветствия.
Гарри удивленно изогнул брови.
— И в чем я тебя предал? — холодно осведомился он.
— Не меня, а всех гриффиндорцев! — горячо выкрикнул Уизли и, видя, что Гарри сидит молча, с бесстрастным выражением на лице, продолжил, все больше распаляясь: — Ты перенял манеры врагов. Ты шел с ними рядом. Позволил Малфою-старшему лапать тебя за плечо и пожал ему руку, сел в один вагон с Хорьком!
— Допустим. И что с того? — Гарри оставался невозмутимым, сам поражаясь собственному хладнокровию.
— Как это что?! Как это что?.. — завопил Уизли. — Все должно было быть по-другому!
Гарри насмешливо глянул на друга, молча предлагая развить мысль.
— Ты должен был обхамить Малфоя. Кинуться к нам с криками: "Спасите!", дать в глаз Хорьку...
— И выставить себя сумасшедшим, — фыркнул Гарри. Полный бред!.. — Нет уж, спасибо! А ты что молчишь, Гермиона? — обратился он к девушке. — Тоже считаешь, что я должен вести себя как буйнопомешанный?
— Нет, — выдохнула Грейнджер. — Но ты, Гарри, выглядишь каким-то замороженным. У тебя взгляд другой, выправка…
— Не вижу ничего плохого, — парировал Поттер.
— Да, конечно… Но это неестественно!
Гарри снова выгнул брови.
— Вот, еще и жесты! — почти взвыл Рон. — Это свойственно слизеринцам — молча ухмыляться и выгибать брови. Гриффиндорцы должны быть горячими, тогда они будут смелыми.
— Смелость и горячность — не одно и то же. И если характерная черта слизеринцев — выдержка, значит, я не гриффиндорец.
