Границы бесконечности полностью

— Доволен… — фыркнул Канаба. — Бог мой… — Он устало покачал головой, вздохнул и решился. — Я приехал сюда вовсе не из-за денег. Я приехал, потому что мог здесь вести такие исследования, какие невозможны больше нигде. Не будучи ограниченным со всех сторон устаревшими законами и запретами. Я мечтал о научном прорыве… а он превратился в кошмар. Свобода обернулась рабством. От меня такое требовали…! И вечно мешали делать то, что я сам хотел. О, всегда можно найти исполнителя, ради денег согласного на что угодно, но это будет посредственность. Таких посредственностей здесь полные лаборатории. А самые лучшие не продаются. Я делал вещи — совершенно уникальные, — которые Бхарапутра развивать не пожелал, потому что прибыль от них оказалась бы слишком мала, а скольких людей они облагодетельствовали бы — ему наплевать… За свои работы я не получал ни признания, ни уважения… из года в год по публикациям в своей области я видел, как галактическая слава достается людям куда ничтожнее меня — лишь потому, что я не в состоянии опубликоваться… — Он смолк и повесил голову. — Наверное, вам показалось, что у меня мания величия.

— Нет, — поправил Майлз, — мне показалось, что вы в глубоком расстройстве. И досаде.

— Именно эта досада, — заметил Канаба, — и пробудила меня от долгой спячки. Сперва это было лишь уязвленное «эго». Но, к собственной гордости, я сумел вновь открыть для себя стыд. И его груз парализовал меня, приковал к месту. Понимаете? Да нужно ли вам понимать? А! — Сделав пару шагов, он остановился, глядя в стену, с совершенно закаменевшей спиной.

— Уф. — Майлз озадаченно почесал в затылке. — Ага. Я был бы рад провести массу увлекательных часов, выслушивая ваши объяснения, но только на моем корабле. Улетающем отсюда.

С кривой усмешкой Канаба повернулся к нему. — Я понял, вы человек практичный. Солдат. Ладно, бог свидетель: сейчас мне как раз солдат и нужен.

— Что, дела пошли наперекосяк?

— Все… случилось внезапно. Я думал, что контролирую ситуацию.

— Продолжайте, — вздохнул Майлз.

— Было семь синтезированных генокомплексов. Один излечивает некое скрытое расстройство в ферментной генерации. Другой в двадцать раз увеличивает производство кислорода водорослями на космических станциях. Еще один попал в Лаборатории Бхарапутра извне — его привез один человек, мы так и не узнали, кем он был, но смерть шла за ним по пятам. Несколько моих коллег, работавших над этим проектом, были убиты в одну ночь преследовавшими его боевиками, а их записи оказались уничтожены. Я никогда и никому не говорил, что самовольно взял образец ткани для изучения. Я еще не расшифровал его до конца, но, могу сказать, он совершенно уникален.

Сообразив, о чем идет речь, Майлз чуть не поперхнулся: весьма причудливая цепочка обстоятельств год назад привела точно такой же образец тканей в руки дендарийской разведки. Телепатический комплекс Теренса Си — главная причина, по которой Его Императорскому величеству срочно понадобился ведущий генетик. Когда доктора Канаба прибудет в свою новую барраярскую лабораторию, его ждет небольшой сюрприз. Но если остальные шесть комплексов по ценности сравнимы с этим и если они ускользнут у Майлза сквозь пальцы, то шеф СБ Иллиан освежует его тупым ножом. Майлз стал слушать Канаба с гораздо большим вниманием. Это дополнительное приключение может оказаться не столь тривиальным, как он боялся.

— Все вместе, эти семь комплексов — плоды десяток тысяч часов исследований, главным моих собственных плюс немногих чужих. Это работа всей моей жизни. С самого начала я планировал забрать их с собой. Я свернул их в вирусный вкладыш и поместил, связанные и дремлющие, на хранение в живой… — Канаба запнулся, — … в живой организм. В организм, который, как я считал, ничьего внимания в этом смысле не привлечет.

— А что бы вам не спрятать их в собственном теле? — перебил его Майлз. — Никакой возможности потерять.

Канаба открыл рот. — Я… мне это ни разу не пришло в голову. Как изящно. И почему я об этом не подумал? — Вопросительным жестом он коснулся лба, точно проверяя себя на системную ошибку. Потом губы его снова напряглись. — Но разницы нет. Мне все равно нужно… — Он смолк. — Дело в том организме, — произнес он наконец. — Том… существе. — Снова долгая пауза.

— Из всего, что я когда-нибудь сделал, — медленно продолжил доктор Канаба, — изо всех сторонних проектов, что мне навязали в этом мерзком месте, об этом я сожалею больше всего. Понимаете, дело было много лет назад. Я был моложе и думал, что здесь у меня есть будущее, о котором надо позаботиться. И не все сделал я — вина на целом комитете, да? Делишь ее между многими и говоришь себе: это он виноват, это она сделала — ну вот, а теперь эта проблема целиком моя…

«То есть моя, хочешь сказать», мрачно подумал Майлз. — Доктор, чем дольше мы здесь торчим, тем больше шансов провалить операцию. Пожалуйста, переходите к делу.

— Да… да. Ну вот, много лет назад Дом Бхарапутра взялся за контракт по изготовлению… новой породы. По заказу.