– Нет, пусть лучше будет Мутузкой, ведь мы ее сегодня отмутузили.
Сейчас Серину совершенно не волновало, как ее назовут. Она
Девушки впереди остановились. Оказалось, что их поджидает Оракл. Она одну за другой оглядела их – чумазых, в пятнах пота. А самый безобразный вид из всех был, конечно же, у Серины.
Всю свою жизнь она каждый день по нескольку раз умывалась, причесывалась, меняла платья и почти всегда улыбалась, сейчас же губы ее были разбиты, челюсть опухла, а волосы спутались и спадали бесформенной копной.
Оракл смотрела на Серину, и, казалось, все видела, все понимала – все ее надежды, желания, мечты… Оценивала все ее промахи.
Оракл повернулась и закричала через плечо:
– Назовем ее Грацией!
КНИГА ПОД МАТРАСОМ жгла Номи так, что она проснулась посреди ночи. Еe ужасно тянуло хотя бы бегло взглянуть на книгу. Сердцем она жаждала посмотреть на черные буквы на шелковистой бумаге, и чем больше она сопротивлялась, тем сильнее ей этого хотелось. Но умом девушка понимала, что этого делать нельзя. Она хорошо помнила лицо Серины, когда ту волокли прочь из комнаты, поэтому решила не рисковать.
Номи потрясла головой, отгоняя мысли о книге, но трудность была в том, что если удавалось не думать о ней, то на ум немедленно приходил Аса.
Интересно, он всегда исполняет роль партнера или только во время отсутствия Наследника? Появится ли он на больших лошадиных скачках? И, главное, когда же, когда она, наконец, снова увидит его?
Нельзя опять упустить шанс спросить его о Серине.
Утром новых Граций сопроводили в небольшую комнату, где освещение было тусклым, а перед обитыми шелком креслами стояли тазы с теплой водой. Новым Грациям надлежало учиться делать массаж ног и практиковаться друг на друге.
Большими пальцами, обильно смазанными ароматическими маслами, Номи надавила на центр стопы Кассии.
– Не могу поверить, что говорю это, но, пожалуйста, будь поаккуратнее, – как бы нехотя сказала Кассия и с легким вздохом откинула голову на подголовник кресла.
Номи с удовольствием вцепилась бы ногтями в ноги Кассии, но вместо этого лишь смущенно улыбнулась и проговорила, будто ей до язвительного замечания и дела не было:
– Всему свое время. Глядишь, и я чему-нибудь научусь.
Марис фыркнула.
– Ненавижу ноги. – Она отрабатывала мастерство массажа ног на своей служанке, которая постоянно хихикала от того, что Марис не столько массировала, сколько щекотала ей ноги. – Поверить не могу, что придется этим заниматься. Гадость.
Нога служанки дернулась, потому что Марис опять попала по чувствительному месту.
– Извини, – пробормотала она.
– А я думаю, это очень чувственно, – сказала Кассия и опустила ноги в таз с водой.
Номи вытерла ладони. Ее отношение к массажу ног было не столь радикальным, а где-то посередине между оценками Марис и Кассии.
– Моя очередь. – Кассия поднялась, потрепав Номи по голове, точно та была собакой. Они поменялись местами, и теперь Номи, опустившись в мягкое кресло, водрузила свои голые ноги на специальную подставку с полотенцами. Но не успела Кассия начать, как в дверном проеме появилась Инес.
– Вернулся Наследник, – объявила она. Сердце Номи упало, но Инес добавила: – Он желает видеть тебя, Кассия.
Номи перевела дух.
Хвала звездам, на этот раз она не будет первой.
Кассия заспешила к двери, но на прощание одарила всех победной ухмылкой через плечо. Едва она скрылась, Марис фыркнула.
Номи слегка подалась вперед, потянулась и лишь затем легла на спинку кресла. Закрыла глаза, попыталась выкинуть из головы мысли о Серине, Асе, о возвращении Малахии… Сидеть в удобном кресле было приятно. Оба ее родителя работали на текстильной фабрике, Рензо почти все время проводил в школе, а ей приходилось наводить в доме порядок, ходить на рынок, готовить. Времени на отдых у нее почти не оставалось.
Служанка Марис снова хихикнула. Мужчина у дверей переступил с ноги на ногу. Номи взглянула на него – бледного, одетого во все белое. Ей вдруг стало интересно, как он их воспринимает, и она спросила:
– Вы себя нормально чувствуете?
Мужчина не издал ни звука. Марис обтерла полотенцем обе руки.
– Хотелось бы мне сейчас оказаться на берегу. Пройтись, а лучше поплавать. – Она тяжело вздохнула. – У меня такое чувство, что я жду шторма, который все ходит и ходит вдоль берега, но ни на йоту не приближается.
Номи, пытаясь стереть с пальцев остатки масла, поводила ладонями по ногам и произнесла:
– Всего лишь через несколько недель – день рождения Наследника, а после этого…
А после этого им придется выполнять все функции, которые возлагаются на Граций.
Номи поежилась.
Долгое время они сидели молча, и погруженная в свои мысли Номи почти заснула. Вдруг Марис вскочила на ноги.
– Я
– Мне тоже помыться не помешает, – решила Номи, и они покинули комнатку. Служанки молча последовали за ними.
