Она надеялась, что ее старания будут вознаграждены, когда она станет Грацией. Но жизнь, о которой всегда грезила Серина, была отдана Номи. И теперь Номи красуется на балах и концертах, вкушает изысканные яства. Номи получила лучшие наряды, и все ее прихоти исполняются. Номи спит на мягкой постели в собственной комнате. Номи не испытывает каждодневного страха за жизнь.
Порой Серине хотелось, чтобы с книгой схватили не ее, а Номи, и чтобы сестра понесла наказание за свое преступление. Но потом Серина понимала, что нельзя никому желать очутиться в этом проклятом месте, а тем более тому, кого любишь, и кляла себя.
Сегодня в голове Серины крутилась лишь мысль о том, как Номи позвала ее к себе в постель в первую их ночь в палаццо. Единственную ночь в палаццо, проведенную с сестрой. Серина вспоминала утро, последовавшее за той ночью, о том, что она могла бы обнять Номи, подбодрить ее, но не сделала этого.
Так или иначе, Серина неизбежно умрет здесь и больше никогда не увидит Номи.
Вздохнув, она спустилась с валуна и медленно побрела к пещере. Вскоре вдалеке показалась сторожевая башня, подсвеченная красноватым закатным солнцем.
Серина услышала, как по склону катятся камешки, и на тропинку перед ней из-за чахлого куста вышел охранник. Оглядел ее с головы до пят, по-петушиному дернул узким лицом в сторону. Затем встал у нее на пути и сказал:
– Ты, как я погляжу, либо новенькая, либо изгнанница. Иначе бы не оказалась здесь одна.
Его взгляд Серине не понравился. Сердце у нее в груди затрепетало. Она опустила глаза и скрестила руки перед собой.
– Извините меня.
Она хотела обойти его, но он вновь загородил ей путь. Мускулистым или высоким он не был, но чтобы напугать ее, этого и не требовалось. Достаточно было лишь того, что руку он держал на кобуре у пояса и двигался быстро и четко. Очевидно было, что ему не впервой пугать здешних заключенных.
Он приблизился и прошептал ей в самое ухо:
– Твои туфли совсем износились. Я могу найти тебе новые.
Одна его рука по-прежнему оставалась на кобуре, другую он поднял и начал пальцами гладить шею Серины.
Каждый вдох казался Серине криком. Было очевидно, что именно охранник надеялся получить в обмен на туфли, но Серине этого совсем не хотелось.
А разве раньше это имело значение?
Впервые Серина поняла, что Номи имела в виду, говоря той ночью в палаццо, что это не выбор, если тебе нельзя сказать «нет». Серина выбрала, захотела,
Но что же делать?
– Я… Мне не нужны туфли, – только и сумела прошептать Серина.
Она попыталась сделать шаг назад, но охранник крепко держал ее, переместив руку на горло.
– Нужны, – сказал он, и его пальцы впились Серине в кожу. – Тебе
Серина закрыла глаза. Ей стало трудно дышать.
– Не нужны ей твои туфли, Бруно, – раздался вдруг рядом голос.
Последовали хрип и звук падения тела. Рука охранника отпустила шею Серины, и та робко шагнула назад. Открыла глаза. Бруно лежал на земле, ноги его были широко раскинуты. Над ним стояла Петрэль.
– Она из Пещеры, из наших, – твердо произнесла она, глядя на охранника сверху вниз. – И она сказала тебе «нет».
Бруно неуклюже поднялся на ноги, узкое лицо его пылало.
– Вам лучше бы поостеречься. Вам обеим, – прорычал он, но Петрэль рассмеялась ему в лицо.
– Тебе отлично известно, где Оракл определила границы.
Он плюнул ей под ноги и направился через кусты вверх по склону к сторожевой башне. Петрэль обратила взор на Серину.
– Тебе не слишком досталось?
Серина мотнула головой, хотя ни в чем сейчас не была уверена. Сердце ее гулко билось в груди, голова горела.
Петрэль сбила с ног охранника. Остановила его.
– А что это за границы, которые определила Оракл? – спросила Серина все еще слабым дрожащим голосом.
Петрэль обняла Серину за плечо и повела по тропинке.
– Видишь ли, власть охранников распространяется на острове далеко не везде. На ринге и вблизи своих башен – да… Там они сила. Но во всех остальных местах… Мы вправе дать им отпор. Оракл не допускает, чтобы охранники приставали к нам. – Петрэль ободряюще улыбнулась. – Большинство охранников оставили нас в покое. А Бруно… Бруно – глупец, он здесь долго не протянет.
Руки Серины дрожали, она, бредя по тропе, постоянно глядела себе под ноги.
– Я не представляла, что мне делать.
Петрэль сдавила ей плечо, а затем опустила руки.
– Давать отпор. Непременно. Всегда!
Они подошли к пещере. Несмотря на вечернее время, у входа никого не было, а Петрэль продолжала идти.
– Куда мы? – спросила Серина.
– Пришло время для очередного боя. – Петрэль откинула прядь волос за ухо. – Оракл послала меня за тобой. Она знала, мне надо побыть одной перед боем.
– Прибыл очередной корабль? Уже?
Петрэль кивнула.
– Да, новый корабль. С новым рационом. И с новыми узниками.
Серина сглотнула, в горле у нее было сухо.
– И кого Оракл выбрала на сегодняшний бой?
Петрэль не ответила. И так было ясно, почему ей нужно было время побыть одной.
– Петрэль…
