Гражданин Бонапарт полностью

Мари Жозефина Роз Таше де ля Пажери — креолка с острова Мартиника в Карибском море — родилась 23 июня 1763 г., т.е. была на шесть лет старше Наполеона[392]. Отец её Жозеф Гаспар де Таше де ля Пажери — бывший паж Марии Йозефы Саксонской, матери трёх королей Франции: Людовика XVI, Людовика XVIII и Карла X — теперь был плантатором на Мартинике, владельцем 150 чернокожих рабов, а мать, Роза Клер де Верже де Сануа, — заботливой женой и хозяйкой плантации. В детстве Жозефину звали Розой. Она привыкла к этому имени и к тому, что почти все называли её так до знакомства с Наполеоном. Когда она была ещё девочкой-подростком, местная ворожея нагадала ей: «Ты станешь больше, чем королевой!»

Действительно, кроме того, что сама Жозефина станет императрицей Франции и королевой Италии, А. Кастело подсчитал: «...дочь её будет королевой Голландской, сын — вице-королём Италии; один из её внуков станет Наполеоном III, а шестеро остальных внуков и внучек[393] вступят в брак с королевой Португалии, наследным принцем шведским и норвежским, императором Бразилии, принцем Гогенцоллерном, русской великой княжной Марией Николаевной (дочерью императора Николая I. — Н.Т.) и герцогом Вюртембергским. Сегодня (в 70-е годы XX века! — Н.Т.) кровь Жозефины течёт в жилах почти всех коронованных и владетельных семей Европы»[394].

13 декабря 1779 г. 16-летняя Жозефина вышла замуж за виконта Александра де Богарне, отец которого был губернатором всех французских Антил, включавших в себя, кроме Мартиники, ещё десять территорий. Александр был на три года старше Жозефины (родился 28 мая 1760 г.). Красивый и очень состоятельный жених понравился родителям Жозефины, а в ней самой пробудил искреннее чувство первой, глубокой и верной любви. Жозефина была счастлива, когда Александр привёз её за месяц до свадьбы в Париж, где они поселились в комфортном особняке Богарне. Однако очень скоро любимый муж раскрылся перед ней в своей нравственной неприглядности, которую Гертруда Кирхейзен обрисовала так: «Прожигатель жизни, тщеславный, расточительный, деспотичный и капризный, настоящий баловень придворного общества, он всякую другую женщину любил больше, чем свою собственную жену»[395].

Первый брак Жозефины оказался несчастливым. Изменяя ей и налево и направо, Богарне ревновал и без всяких оснований упрекал её, тогда ещё юную, непорочную, в неверности и даже отказывался признать себя отцом их дочери Гортензии, родившейся 10 апреля 1783 г. Между супругами начались серьёзные размолвки, и в марте 1785 г. они фактически разошлись, хотя оформить развод так и не успели. Фридрих Кирхейзен резонно предположил, что именно фривольность и донжуанство первого мужа «были виновны в том, что впоследствии Жозефина так мало заботилась о святости брака»[396].

Следующие девять лет супруги Богарне жили врозь (хотя и следили за жизнью друг друга), пока судьба не соединила их вновь — в тюрьме. За это время Жозефина побывала (с августа 1788 до октября 1790 г.) на родине, простилась с ней и со своими родителями навсегда, вернулась во Францию и жила то в Париже, то в Фонтенбло с дочерью и сыном, вращаясь в светских кругах на средства, которые оставил ей муж и доставляли её первые любовники (из них один — морской офицер Сипион дю Рур — был «несомненным» в этом качестве, тогда как другие — а среди них члены Комитета общественного спасения Республики Б. Барер и Ж.Л. Тальен, прокурор П.Ф. Реаль, военный министр Ж. Серван — только предполагаются). Александр же, кроме того, что он теперь то и дело менял любовниц, сделал по ходу революции головокружительную карьеру: бывший капитан королевских войск, он с июня 1792 г. — председатель Учредительного собрания, с марта 1793 г. — генерал и с 23 мая того года командующий Рейнской армией. Конвент предлагал ему даже пост военного министра, но Богарне его не принял. И вот 14 марта 1794 г. он был арестован за бездействие на рейнском фронте и водворён в тюрьму бывшего монастыря кармелитов. Через пять недель, 21 апреля, в той же тюрьме оказалась (по статье действующего закона, как «подозрительная»!) и Жозефина.