Гражданин Бонапарт полностью

Томясь в изгнании на острове Святой Елены, Наполеон однажды воскликнул: «Какой роман — моя жизнь!» Действительно, нет в истории человечества другого героя, жизнь которого была бы столь романтична и насыщена головокружительными круговоротами судьбы: «первый солдат веков и мира» (по выражению Дениса Давыдова), прошедший огнём и мечом всю Европу от Мадрида до Москвы, Египет, Сирию, младший лейтенант Наполеон поднялся на недосягаемую в то время высоту французского императора и европейского властелина, рухнул с этой высоты почти в небытие, вновь — на «сто дней» — вернул себе прежнее величие и опять был низвергнут, но не забыт, а ещё больше (уже посмертно) возвеличен, получив к своим лаврам гения и тирана ореол мученика.

На сегодня о Наполеоне написаны больше 400 тыс. трудов. Только авторов опубликованных воспоминаний лично о нём президент Института Наполеона (есть такой во Франции!) Жан Тюлар насчитал 794. С 1903 по 1971 г. в разных странах о Наполеоне поставлены более 500 театральных пьес, 59 художественных и документальных кинофильмов и даже несколько балетов (в том числе балет «Наполеон Бонапарт» корифея советской музыки Т.Н. Хренникова). Казалось бы, феномен Наполеона всесторонне изучен, но остаётся неисчерпаем. С одной стороны, появление новых источников и точек (или даже углов) зрения, а с другой — перемены в нашем видении мировой истории и, главное, самого мира, в котором мы живём, побуждают нас заново постигать смысл важнейших событий и роль крупнейших деятелей, исправлять старые и обретать новые представления.

Так, мировую сенсацию представили собой публикации на всех основных языках планеты Стена Форсхувуда (Швеция) и Бена Вейдера (Канада), раскрывших тайну смерти Наполеона на острове Святой Елены, — не опочил от рака желудка, как считалось, а был злодейски отравлен.

С конца 1980-х годов бесценным подспорьем для исследователей наполеоновской эпохи стал капитальный двухтомный «Словарь Наполеона» под редакцией самого, пожалуй, авторитетного сегодня наполеоноведа Жана Тюлара. В словаре почти 2000 страниц, более 15.000 статей, над которыми работали 205 историков. К сожалению, этот словарь, дважды изданный во Франции (в 1987 и 1999 г.), на русский язык не переведён.

В постсоветское время в России начался и продолжается прямо-таки ажиотаж с изданием литературы о Наполеоне. Впервые на русском языке изданы превосходные монографии Э. Людвига и Ж. Тюлара, Д. Чандлера и А. Кастело, Р. Делдерфилда и X. Беллока, Б. Вейдера и В. Кронина, воспоминания о Наполеоне К.-Ф. де Меневаля и Констана Вери, Л.-Ж. Маршана и Б. О'Мира, переиздаются сочинения самого Наполеона, классические труды Е.В. Тарле, А.3. Манфреда, Д.С. Мережковского, В. Скотта, Ф. Кирхейзена, А. Вандаля, а наряду с ними выходит в свет масса новинок, в основном, к сожалению, низкосортных. Есть среди них, конечно, и очень ценные издания, как, например, великолепный фолиант О.В. Соколова «Армия Наполеона», но преобладают сенсационно-поверхностные или попросту легковесные.

Так, модный ныне драматург и тележурналист Э.С. Радзинский выпустил несколько изданий своего труда «Наполеон. Жизнь после смерти», который изобилует оценочными и фактическими оплошностями вроде следующего тезиса (якобы от Наполеона): «Русские оставили нам Москву, не посмев её сжечь»[36]. Ещё как посмели!

А.А. Щербаков в книге «Наполеон. Как стать великим» (СПб., 2005) признает Наполеона «гениальным полководцем», но то и дело подчёркивает, что он был «никудышный стратег» и вообще не имел «стратегического мышления» (С. 16, 119, 166, 244). Это ведь всё равно, что сказать о В.-А. Моцарте или П.И. Чайковском: он был великий композитор, но никудышный музыкант, напрочь лишённый слуха. Кстати, Щербаков шокирует образованного читателя и нарочито упрощённым, почти блатным слогом: «Наполеон не такой был человек, чтобы задницу кому-то лизать», «он пёр, как танк», «кампанию по втюхиванию «дезы» Наполеон провёл блестяще», «дальше дела пошли хреново», «он пустил псу под хвост свою военную карьеру — взамен получил шиш с маслом» (С. 34, 39, 69, 167, 218) и т.д.

Столь же легковесен ещё один из новейших российских «Наполеонов» авторства С.Ю. Нечаева. Его опус, явно перегруженный домыслами и побасенками[37], издан в 2005 г. в Москве под претенциозной шапкой «Подлинная история Наполеона» и с ещё более претенциозным подзаголовком «Развенчание героя». Развенчивает Нечаев героя, опираясь, главным образом, на скандально известные мемуары маршала О.-Ф. Мармона (герцога Рагузского), изменившего Наполеону и Франции и тем самым запятнавшего себя так, что от его титула появилось в языке парижан словцо «raguser» как «синоним подлого предательства»[38].