С «высоты» сегодняшних дней это выглядит утопией, как и надежды Солоневича на референдум под контролем, условно говоря, «голубых касок ООН». Но в некоторых базовых вопросах он все-таки оказался прав.
Вот, например, его взгляд на переходный период от советской власти к Монархии, изложенный в «Проекте общемонархической программы» (здесь он использует название не существовавшей в реальности организации — Всероссийское Монархическое Объединение, сокращенно ВМО):
«ВМО считает, что свержение диктатуры коммунизма еще никак не гарантирует страну от иных потрясений. ВМО имеет в виду тот факт, что все общественные, религиозные и прочие организации страны полностью ликвидированы этой диктатурой уже тридцать лет тому назад и что — после ликвидации коммунистической диктатуры в стране останутся миллионы людей — бывшей коммунистической бюрократии, которые неизбежно попытаются создать иную диктатуру. И что атомизированная народная масса не будет в состоянии дать этим попыткам достаточно энергичного отпора.
Наиболее вероятным способом свержения коммунистической диктатуры ВМО считает войну. Военный разгром большевизма, вероятно, будет означать иностранную военную оккупацию. Принимая во внимание размеры страны — эта оккупация будет дорога, бессильна и неустойчива. Одной из насущнейших задач ВМО является пропаганда заблаговременного создания за границей и русской армии и русского правительства. Если это не удастся, то перед страной будут стоять такие возможности: а) анархия, б) диктатура и в) оккупация — причем не исключается совместное действие всех этих трех — какая-то военная или полувоенная диктатура, поддерживаемая оккупационными войсками при наличии по всей стране новых повстанцев и банд.
Идеальным, хотя и трудно достижимым выходом ВМО считает создание за границей Императорской Армии и Императорского Правительства, возглавляемого — в качестве Местоблюстителя Императорского Престола Великим Князем Владимиром Кирилловичем — и проведение всенародного голосования под обязательным контролем или оккупационных властей, или уполномоченных ООН.
В конкретных русских условиях на решение этого плебисцита могут быть поставлены только два вопроса: или монархия и частная собственность — или республика и социализм»[804].
Монархия и частная собственность или республика и социализм — других альтернатив для России нет. Но кто же сегодня поставит такой вопрос на референдум?
До войны Иван Солоневич, представляя будущую свободную Россию, видел себя в ней редактором ведущего политического издания. С годами он стал «скромнее в желаниях»: домик на Оке, удочка и писательский труд — такой была его последняя, несбывшаяся, мечта.
«Настоящей» литературой, казалось ему, можно заниматься только в России, на родной почве. Но талант не обманешь, иногда тянуло, для отдохновения души, отвлечься от треклятой политики. Роман «Две силы» был, конечно, кое-какой отдушиной, но политический подтекст в нем и подтекстом, в общем-то, не был — лежал на поверхности. Не случайно, некоторые читатели считали, что «Степка» имеет большее пропагандистское значение, чем все передовицы на злобу дня. Для себя, вроде бы и в стол, Солоневич писал… сказки.
