Генрих смял бумагу и в гневе собирался ее порвать, но, словно одумавшись, расправил и поцеловал. Чернила пахли лавандой, и до помутнения рассудка этот запах напоминал Анну. Король не собирался просто так сдаться. Он раскрыл шкатулку, надеясь выбрать что-то такое, от чего Анна точно не откажется. Его взгляд заставил его остановиться на кольце с крупным изумрудом в огранке продолговатых золотых лепестков. Покрутив кольцо на свету, так, что в солнечных лучах оно заиграло всеми оттенками зеленого, Генрих улыбнулся и принялся писать ответ.
Учтиво поклонившись пажу, Себастьян закрыл за ним дверь. Привычная хитрая улыбка вновь озарила его лицо, когда он развернул письмо и увидел внизу листа королевские инициалы.
- Читай, - нетерпеливо приказала Анна. Все это явно начинало ее забавлять.
- Кхм! – Себастьян картинно прочистил горло и принялся читать, с выражением и благоговением в голосе, как это обычно делают актеры в театральных постановках: - Моя дорогая Анна! Мои глаза услаждают строки о том, что Вы думаете обо мне, когда лежите в постели…
Внезапный смех заставил его прерваться и посмотреть на свою хозяйку.
- О мой Бог! Себастьян, неужели ты ему написал, что я думаю о нем по ночам? Я сейчас умру от смеха! – закрыв лицо ладонями, аристократка громко смеялась над выходкой своего слуги, который недоуменно смотрел на нее, с застывшей в воздухе рукой с письмом.
- При всем моем уважении, миледи, но одним зельем сложно поддерживать любовь в сердце мужчины. Нам нужно, чтобы у него самого работала фантазия, раз уж мы не можем позволить ему удовлетворить его похоть.
Внезапно угомонившись, Анна все еще с улыбкой смотрела на демона. Адские искорки, горевшие в его янтарных глазах, на этот раз забавляли, а не внушали страх. Наконец, посерьезнев и выпрямившись, она властно сказала:
- Продолжай.
Михаэлис победно хмыкнул и начал читать далее.
- Как бы я хотел оказаться рядом с Вами, прижаться к Вашему жаркому телу и покрыть его поцелуями! Эти мысли занимают меня не только ночью, но и днем. И до чего же меня огорчает то, что Вы, миледи, не считаете себя достойной принять мой дар. Поверьте – Вы достойны всех богатств этого мира, да что там! Весь мир положить к Вашим ногам будет мало, чтобы выразить Ваше великолепие и красоту. Вы – богиня. И Вы являетесь царицей моего сердца с тех пор, как пленили меня, будучи прекрасной незнакомкой в зеленом платье на балу. Я прошу, нет, я умоляю, стоя на коленях, о леди Анна, примите хотя бы это кольцо, которое станет прекрасным дополнением к Вашему образу. О большем я пока и не прошу.
Закончив, Себастьян протянул Анне бархатный мешочек, переданный пажом. Она вытянула из него украшение и глаза ее тут же засветились теплотой.
- Оно прекрасно, Себастьян.
- Я рекомендую миледи его оставить. Все-таки король, стоящий на коленях, - не каждую упрашивают принять подарок таким образом.
Болейн почти с благодарностью во взгляде посмотрела на слугу.
- Отлично. Пиши ему ответ, а я начну собираться. Перед ужином король с королевой и со свитой отправятся на прогулку в сад. Там я и встречусь с Генрихом. Что мне ему сказать?
Анна обеспокоенно повернулась к Себастьяну. Тот, сидя за столом и макая перо в чернильницу, задумчиво смотрел на бумагу, казалось, размышляя над письмом, однако он ответил на вопрос хозяйки.
- Все будет зависеть от того, что он станет от Вас требовать. Думаю, Вы и сами справитесь с репликами, если будете помнить: Вы чисты и нетронуты, и Вашу невинность получит только Ваш законный муж. От поцелуев тоже пока воздержитесь, миледи. И да, наденьте кольцо.
Анна задорно улыбнулась и, натянув украшение на безымянный палец, стала любоваться им, заставляя драгоценный камень заключать в свой плен неуловимые солнечные лучи.
Несмотря на холодное начало осени, этот вечер был довольно теплым, и свита во главе с королевской четой наслаждалась прекрасной погодой. Екатерина смеялась над шутками короля, который шел рядом, и светилась от счастья. Анна искоса смотрела на них и думала, что королева в самом деле любит короля, и пыталась представить, до чего же это больно – любить и знать, что он больше не придет к тебе ночью, что он смотрит с вожделением и восхищением не на тебя, а на других женщин, более молодых и привлекательных. Болейн тяжко вздохнула. Будь у нее еще одна душа, она продала бы и ее, чтобы никогда не испытать той боли, которой наградил Генрих Екатерину.
Наконец, мужчины и женщины разделились, и Анна с остальными фрейлинами и Ее Величеством присели в тени раскидистых деревьев, чьи листья уже начали терять свою зелень и наполнялись изнутри осенним золотом. Не желая слушать пустую болтовню аристократок, Анна пошла по тропинке, проложенной меж двух рядов розовых кустов. Розы цвели изо всех сил, надеясь подарить как можно больше красоты человеческому глазу перед тем, как наступят холода. Наклонившись, она вдохнула в себя аромат ярко-алого цветка и прикрыла глаза от наслаждения.
- Роза должна быть польщена, что богиня любви уделила ей свое внимание.
Анна вздрогнула и обернулась. Перед ней стоял Генрих.
