23 сентября 1533 года Себастьян стоял под дверями покоев королевы, прислушиваясь к каждому звуку. Он прислонился спиной к стене и не сводил пытливого взгляда со створок дверей, ожидая, что в любой момент может выйти повитуха и сообщить радостную весть о благополучном рождении наследника. Но на лице демона отражалось беспокойство и недовольство: Исмаил не появлялся со дня заключения сделки, однако ж он обещал, что явится в день рождения сына королевы, но его всё ещё не было. Хотя внутренне демон и удивлялся, что ангелу было делать здесь в этот момент, но раз обещал – значит, должен явиться, а его отсутствие только вызывало беспокойство. Пронзительный крик Анны почти вывел его из себя, и Себастьян решил пройтись по коридору, размышляя о предстоящем. Если Анна родит мальчика, то можно не беспокоиться о её будущем – Генрих и без зелья будет целовать ей ноги до конца жизни. А если же нет – придётся связываться с Исмаилом.
- Ну же, Ваше Величество, ещё немного! – подбадривала повитуха раскрасневшуюся и взмокшую Анну, которая молила все существующие силы, чтобы это поскорее закончилось.
И вот душный воздух комнаты огласил крик ребёнка. Болейн облегчённо вздохнула и отдышалась. Дамы, начавшие обтирать и пеленать дитя, подозрительно молчали.
- Дайте же мне сюда моего сына… Дайте мне…
Повитуха ласково улыбнулась и протянула матери её ребёнка, завёрнутого в кружевные белоснежные пелёнки.
- Ваше Величество, у Вас родилась очаровательная девочка. Очень похожая на его Величество.
Анна ахнула.
«Девочка… Девочка… Очень похожая…», - раздавалось эхом в её ушах.
- Нет, - неверяще помотала головой королева и взяла дочь на руки. Из её глаз брызнули слёзы – не то тоски, не то облегчения, не то разочарования, не то чего-либо ещё. Чувства были смешанные: это было её дитя, родное, любимое, прекрасное, но лишь с одним изъяном.
- Оповестите короля, - сквозь слёзы прошептала королева и прижала дочь к груди.
Себастьян, слышавший всё, хлопнул себя по лбу, сорвался с места и выскочил из дворца. Он шёл к ближайшей церкви, полыхая гневом и яростью. Ему казалось, что он способен сейчас выдрать все перья из крыльев самоуверенного духа.
- Исмаил! – прорычал Михаэлис, стоя перед входом на освящённую землю, не имея никакого желания ступать на неё. За его спиной послышался деликатный кашель, призывающий обратить на себя внимание.
- Звал? – как ни в чём не бывало поинтересовался ангел, делая шаг навстречу демону. Тот проигнорировал вопрос и сам спросил без всяких церемоний:
- Почему дочь?
Брови ангела нарисовали дугу удивления на его фарфорово-бледном лице.
- А кто-то обещал сына?
Себастьян подошёл к Исмаилу и схватил его за воротник, на что ангел лишь снисходительно усмехнулся. Ядовитая улыбка расплылась по лицу демона.
- Да, никто не обещал сына, но ты обещал, что желание в любом случае будет исполнено, несмотря даже на мои притязания.
- А в желании леди Болейн фигурировало слово «сын»?
Себастьян отпустил ангела и отступил на шаг, задумавшись.
- Анна сама не говорила, что хотела сына. Ей просто нужен был ребёнок, способный поднять её страну на другой уровень.
- И ты решил поиграть словами и сделать женщину единовластным монархом?
- Я по-прежнему ничего не решаю, - пожал плечами Исмаил. – Ты забываешь, что ангелы лишь вестники, передающие волю Божью. Зачем Ему понадобилась женщина на английском престоле? Задай этот вопрос Господу лично, если осмелишься.
Цокнув языком, Себастьян развернулся и направился обратно ко дворцу. Повернув голову, он крикнул всё ещё стоявшему на своём месте ангелу:
- Я не забыл о нашем уговоре.
Генрих спокойно смотрел на Анну, сжимающую в своих объятиях дитя.
- Мне так жаль, Ваше Величество.
Король махнул рукой, давая тем самым Анне понять, что он не собирается выслушивать никаких извинений.
- Девочка здорова?
- Здорова и очаровательна, - поспешила его уверить Анна.
- Значит, в следующий раз родится здоровый мальчик.
Анна не знала, как реагировать. Вроде бы король был благосклонен и даже не выражал недовольства, что странно, учитывая его характер, но с другой стороны улыбки на его лице тоже не было.
- Как назовёшь её?
Болейн удивилась. Она рассчитывала, что Генрих сам даст имя её первенцу, но возражать не стала.
- Елизавета.
- Прекрасный выбор, - ответил Генрих, подходя ближе к своей королеве. Он поцеловал её в лоб и взглянул на ребёнка. – Турнир придётся отменить, но остальные празднества ещё в силе. Приходи в себя, я жду тебя вечером на балу.
Когда Генрих выходил из покоев, он разминулся с Себастьяном. Не обратив внимания на слугу, король продолжил свой путь, а Михаэлис вошёл в комнату, морально приготовившись выслушать гневную тираду.
- Вон все, - железным голосом приказала королева. Слуги засуетились и по очереди покинули покои, кроме Себастьяна, который знал точно, что приказ не относился к нему. Когда комната опустела, и они остались одни, Анна прошипела:
- Подонок.
Себастьян тут же нацепил на себя язвительно-непринуждённую маску.
- Да что Вы?
- Мне не нужна была дочь! Почему она? Где мой сын? Где мой обещанный сын?!
