– В конце концов, это всего лишь фантазия, Лиран. Это то, что я пишу, а не то, кем я являюсь на самом деле. Я была и остаюсь демоном. Даже если бы сотни квири покрыли мою кожу, я все равно осталась бы существом из преисподней. Я несу в себе первородный грех.
Он довольно долго молчит.
– Я не хочу, чтобы вы уезжали.
– Почему? – спрашиваю я, пожимая плечами. – Мы едва знаем друг друга. Вы шантажировали меня, и мы несколько раз разыгрывали что-то здесь, в замке, чтобы у ваших слуг сложилось впечатление, что мы друг в друга влюблены. Все.
Я наблюдаю за его высокой фигурой, излучающей силу. Смотрю на его темные, падающие на лицо волосы. На его почти черные глаза. Я знаю это выражение в них. Он понимает, что я права. Он знает, что я герой, что мы едва знакомы. Но что-то внутри у него хочет это изменить. Только к чему это приведет?
– Она похожа на вас?
– Авиелл? – уточняю я. Мне холодно, я замерзла. Хотя герои не могут мерзнуть.
Он кивает.
– Вы что, никогда не видели друг друга раньше?
– Нет, она наблюдала за мной на празднике вашего отца, очевидно, тайком, а потом написала мне.
– Ах вот как, – отвечаю я, а затем сразу отвечаю на его вопрос: – Нет. Мы не похожи друг на друга. У нее черные волосы, еще темнее, чем у вас. И зеленые глаза. Она прекрасна.
Я говорю это искренне. Потому что я всегда знала, что из нас двоих красивее Авиелл. Меня это никогда не беспокоило. И я не собираюсь сейчас начинать переживать по этому поводу. Благодаря особенностям моего обучения на моем на самом деле маленьком, изящном носу появилась крошечная горбинка, так что он немного искривлен. Если присмотреться, у меня заметны мешки под глазами, всегда немного припухшие. Это тоже из-за постоянных драк, и теперь у меня есть еще и этот огромный шрам на лице, потому что я вырезала лилию, которая на самом деле мне нравилась.
– Внутренне она так же прекрасна, ваша светлость. С ней стоит познакомиться.
–
Я не собираюсь воевать со своей сестрой. Я не сделаю ничего против своей родственной души. А самое главное, я не хочу бороться за мужчину, которого не знаю как следует. Хотя меня и тянет к нему. Однако это не глубокие чувства. Как они могут быть глубокими? Это просто влечение, которое со временем пройдет.
– Но вы… – начинает он, но я качаю головой.
– Вы сами сказали, что все это произошло только потому, что я связана с Авиелл. Вы что-то чувствуете к ней и проецируете это на меня. Не более того.
Я опять делаю глубокий вдох и выдох.
– А сейчас я должна идти спать, – заканчиваю я разговор и ухожу.
Лиран меня не останавливает. Наверное, так даже лучше. Еще два дня, и я больше его не увижу. Это хорошо. Для нас обоих.
Когда я прихожу на завтрак на следующий день, в комнате только Лиран, читающий книгу. Он вежливо приветствует меня. Все чувства, которые я могла видеть в его глазах вчера, исчезли.
Как будто он их просто погасил. Как свечу, которая горит только до тех пор, пока вы не решите ее задуть. Похоже, именно это он и сделал.
Я должна бы этому радоваться. Но у меня не получается. К тому же у меня в голове канючит Вьюнок. Может быть, именно этот маленький квири вселяет в меня все эти чувства. Однако, если честно, с первой секунды, как я увидела Лирана, я уже знала, что он может стать для меня погибелью. И это не из-за чувств, которые испытывает к нему Ави. Я в этом уверена. Только я еще не решила, позволю ли я себе это.
Мы молча едим, и тут Лиран сообщает, что наша карета скоро прибудет. Внезапно мне видится все это слишком поспешным. Я здесь даже как следует пожить не успела. Лиран хотел, чтобы Арк учил меня, и…
– А что с апокрифами, которые я должна была для вас прочитать? И что будет с уроками Арка?
– Из-за вашего отравления мы потеряли время. Но в любом случае сейчас безопаснее всего будет, если вы не станете использовать демонические силы.
– Безопаснее для кого?
– Для вас, Навиен.
Он произносит это спокойно и почти ласково, а потом протягивает мне руку.
Когда мы наконец садимся в карету, я понимаю, что ни с кем не попрощалась. Но должна ли я была это сделать? Что-то во мне кричит, что да. По крайней мере, с Лу и с Мирал, которая пока останется здесь у родственников. Но та часть, которая получила воспитание героя, никогда не прощалась. С кем ей было прощаться? Я была просто телохранительницей, а они не прощаются. Но самое главное, не прощаются с ними. В лучшем случае их просто отсылают.
Осознавая, что я по-прежнему во многом остаюсь тем существом, которым меня сделали, я беру в руки найденную в своей комнате книгу. В основном для того, чтобы избежать необходимости разговаривать с Лираном, но закрываю ее, когда он шумно откашливается.
– Есть еще одна вещь, которую я хотел бы обсудить.
– И что же это? – спрашиваю я, едва заметно поглаживая бумагу книги, чтобы отвлечься. От него и от того притяжения, которое он излучает. И от своего постоянного ощущения дискомфорта в этой новой одежде. Сегодня я одета в простое темно-синее платье.
