— Добрый вечер, мистер Кэмерон, — мягко произносит Наталия. — Простите, что беспокоила вас.
— Э-э-э, нет-нет, все нормально. Здравствуй, дорогая. Проходи. — Фредерик отходит от двери, жестом приглашает Наталию зайти в квартиру и заключает ее в дружеские объятия, когда она пересекает порог. — Рад тебя видеть.
— Еще раз извините за беспокойство, — скромно извиняется Наталия, отстранившись от Фредерика. — Но я хотела бы поговорить с Ракель.
— С Ракель?
— Мы не виделись уже почти две недели. Да, я понимаю, что она занята, и у нее много съемок. Но… Я подумала, что она могла бы уделить мне хотя бы пять минут.
— Сегодня у нее свободный день.
— Правда?
— Да. Так что тебе повезло.
— Отлично! — слегка улыбается Наталия. — Тогда я бы хотела поговорить с ней. Тем более, что…
Наталия на пару секунд замолкает, выглядя довольно напряженной и очень грустной.
— Я прочитала кое-какую статью в одном журнале, — тихо признается Наталия. — И… Если честно, то я пришла в ужас…
— Я понял, о чем ты говоришь, — слабо кивает Фредерик.
— Скажите… — Наталия сгибает руки в локтях и крепко сцепляет пальцы. — Я могу поговорить с ней прямо сейчас? Или вы сами расскажите мне, что с ней происходит, дабы я успокоилась.
— Конечно, милая, — уверенно говорит Фредерик. — Ты можешь сама поговорить с ней.
— А где она сейчас? Куда-то вышла?
— Нет, Ракель никуда не ходила. Она сейчас дома. Пошла принять душ.
— О, понятно… — Наталия замолкает на пару секунд. — Я так понимаю, она уже знает, что про нее написали?
— Знает, — уверенно кивает Фредерик.
— Прочитала в Интернете?
— Да.
— И как она?
— Держится. Но явно очень расстроена из-за того, что про нее пустили эти ложные слухи.
— Ох, бедняжка… — слабо качает головой Наталия.
— О, слушай, Наталия, а ты проходи в гостиную! — Фредерик жестом приглашает Наталию пойти в гостиную. — Я сейчас закрою дверь и все тебе расскажу.
— Спасибо, — вежливо благодарит Наталия. — С радостью выслушаю вас.
Наталия приходит в гостиную, пока Фредерик быстро закрывает дверь. А после этого мужчина направляется туда же и жестом предлагает девушке присесть на диван в гостиной, и та соглашается.
— Тебе принести что-нибудь выпить? — спрашивает Фредерик.
— Нет-нет, спасибо, не нужно, — вежливо отказывается Наталия, положив сумку на диван рядом с собой. — Я поела перед дорогой.
— Хорошо, если что-то будет нужно, дай мне знать.
— Обязательно, мистер Кэмерон.
Фредерик слабо кивает и присаживается рядом с Наталией.
— Как она отреагировала, когда узнала об этом? — с грустью во взгляде интересуется Наталия.
— Едва сдерживала слезы, — спокойно отвечает Фредерик. — Но в то же время очень сильно злилась.
— О боже мой… — Наталия прикрывает рот рукой. — Бедная Ракель…
— А зная, что ей приходиться из-за чего переживать, у меня разрывается сердце, — признается Фредерик.
— Мистер Кэмерон…
— Это так, девочка моя. Хоть Ракель старается держаться, я чувствую, что ей очень плохо.
— Я ее понимаю. Из-за этих грязных сплетен ее карьера может быть разрушена.
— Конечно, неправильно, что моя внучка так много времени уделяет своей работе и буквально переживает за нее больше, чем за своих близких. Но все же я не могу оставаться равнодушным и сказать, что все это чепуха.
— Для нее карьера действительно очень важна.
— Да, но это не то, чему стоит посвятить свою жизнь. У девушки другое предназначение в жизни — быть женой и мамой. А все остальное — ерунда.
— Вы ее не переубедите, — скромно улыбается Наталия.
— По крайней мере, меня радует то, что она не собирается сидеть, сложа руки. Понимает, что убежать от проблем — это не лучшее решение. Что рано или поздно ей придется показать себя и дать людям понять, что их обманули и поводили за нос.
— Вы правы, — с грустью во взгляде слабо кивает Наталия.
— Скажи, а ты действительно не общалась с Ракель после вашей последней встречи?
— Нет, мистер Кэмерон.
— И вы не переписывались где-то в Интернете?
— Увы. Мы не переписывались.
— А о чем она с тобой разговаривала во время вашей последней встречи?
— Рассказывала о том, как прошла та фотосессия. И как она поругалась со своим партнером.
— Терренсом МакКлайфом?
— Да, с ним. Я пыталась как-то менять тему, но ваша внучка все равно возвращалась к тому, что произошло.
— А вот со мной она старалась не говорить об этом. Сосредоточилась на работе и все это время думала об очередной съемке.
— Наверное, таким способом она хотела забыться.
— Возможно.
— Но теперь она вряд ли сможет работать. Да и не исключено, что с ней даже разговаривать не захотят.
— Скорее всего. Думаю, Ракель свяжется со своим менеджерами, и они будут думать, что делать.
— Раз все это уже просочилось в прессу, то исправить ситуацию будет уже очень сложно.
— Верно, — слабо кивает Фредерик. — Однако меня расстраивает не только то, что моя внучка так переживает, но и то, что во все это поверили ее поклонники.
— Да, я тоже поражена.
— Про нее пускали много разных сплетен, но люди никогда им не верили. Они всегда набрасывались на тех, кто смел даже просто назвать Ракель страшной или глупой.
