- Заранее благодарю, – Тёмный расплылся в добродушной ослепительной улыбке. И как мне могло показаться, что во рту у него акульи острые зубы? Правильно говорят, у страха глаза велики. Слишком впечатлил меня рассказ Вереска о хозяине тоннеля. А в нём, на самом деле, нет ничего страшного! Обычный человек… Ох, чуть не забыл!
- Извините, один только вопрос, – я уже хотел развернуться и направиться к раскрытым дверям вагона, но тут вспомнил один, необычный нюанс, – сюда, ведь, заходили четверо бандитов? Они напали на мою группу, убили нашего сопровождающего и моих троих коллег. Клёст сказал… что вы убили этих бандитов?
- Да, это было не сложно, – обычным будничным тоном ответил Тёмный, – все четверо были моральными уродами. Они заслужили это. Сожалею о смерти твоих товарищей и Вереска. Им бы жить и жить…
- Да… Простите, а куда вы…
- Куда я дел тела? – Тёмный хохотнул, словно я рассказал ему весёлую шутку, – убрал, чтобы глаза не мозолили! Они не должны тебя волновать, Андрей. Темнеет скоро…
- А… да-да… – я посмотрел через плечо на выход из тоннеля, – я пойду. Не буду тянуть время.
Вежливо попрощавшись сТёмным и пообещав ему справиться быстро, я спешно покинул его жилище. Торопится и правда стоило. Солнце ползло к горизонту прямо на глазах. Пройдёт совсем немного времени и местность, называемой просто, окрестностями «Юпитера», накроет плотным саваном ночи. В Зоне она кажется намного темней и холодней, не смотря на время года. Но холод беспокоит в последнюю очередь. Вместе с ночью приходят хищники, что привыкли охотиться в темноте. К примеру, с двухголовой химерой, пистолет «Макарова» никак не справится. Встречаться с ней лучше, с чем потяжелее в руках… Это невероятно и удивительно, но за весь путь от тоннеля и до «Янова» мне не попался ни один мутант, даже самый маленький. Возможно, их низкая активность означает приближение Выброса, хотя приборы измерения молчат. А вдруг барахлят? Нужно попросить техника Славина откалибровать их. Лишь бы из головы не вылетело! А с моей рассеяностью, всё может быть.
К бару я пришёл, когда солнце совсем скрылось из вида. Над главным входом станции зажгли лампу, показывая припозднившимся сталкерам, что их рады видеть. Не знаю, на сколько это относится ко мне. От Вереска я знаю, что вольные бродяги Зоны, как они сами себя называют, пренебрежительно относятся к научным сотрудникам НИИ, не смотря на то, что за работу на нас мы платим сталкерам приличные деньги. Причину толком Вереск не назвал, отметил только, что «учёные бывают слишком занудливые».
Стоило осторожно открыть дверь, как на меня сразу потоком полились десятки различных звуков: хохот, выкрики, стук стаканов, скрежет вилок по тарелкам и прочие, сопровождающие весёлые компании. Народу в зале ожидания было очень много, я даже не старался их считать по головам. Свободовцев и долговцев хватало в равном количестве, они сидели кучками по разным сторонам бара. Остальную аудиторию «Янова» составляли люди, не принадлежащие к сталкерским группировкам. Вырядились кто как мог – простые куртки, джинсы или спортивные костюмы, дорогие комбинезоны или драные плащи с чужого плечами. В какой-то момент мне показалось, что я видел человека в синем комбинезоне наёмников. Не думаю, что они заходят на «Янов»…
Кто-то из анархистов, заметив меня, выкрикнул обидное:
- Ого! Лабораторная крыска к нам приползла! А чего это она тут забыла?!
Его товарищи дружно расхохотались, пустив в мой адрес подобные не смешные, на мой взгляд, шуточки. Старательно игнорируя их, я направился к кассе торговца, пересчитывая свои деньги, выловленные из глубокого кармана комбинезона.
- Уважаемый, а вы адресочком не ошиблися?! – услышал я с правого бока, – ето же не ресторан! Ето обычная сталкернянская бухарня!
- Смотри лапки не запачкай, наука! – заорал с левой стороны. Ну вот, я здесь выступаю в качестве клоуна. Устроил веселье, ни сказав не слова. Мне это совсем не нравится!
Постояв поодаль и подождав, когда некий полупьяный сталкер закупит пять бутылок водки и понесёт их к своему столу на подносе, я робко подошёл к прилавку торговца.
- Здравствуйте, – положил на столик кассы три пятисотенные купюры, всё, что было у меня с собой, – я бы хотел купить на эти деньги сладости, какие у вас имеются.
- Ого, – торговец усмехнулся, сцапав деньги, – у тебя чо, наука? Сахарный диабет?
- Нет, это не мне…
- Лады, не важно! – он отошёл от прилавка, дальше в свою комнатушку-склад и наклонился к каким-то ящикам, вспоров клейкую ленту раскладным ножом, – мне главное товар продать хорошему покупателю. Ща-а-ас, минутку! Где-то у меня тут три плитки «Алёнки» были… барбариски… ириски… С мармеладом конфеты пойдут?
- Да, наверное, – я пожал плечами. Что там за зверюшка у Тёмного и можно ли ей давать мармелад? Ну, хорошо, моё дело принести сладкое, а Тёмный сам будет разбираться, чем кормить его.
- Батюшки! Какую красотку в наше захолустье принесло!
