Тяжёлая ладонь со всего маху шарахнула мне по правой ягодице, наверняка оставив широкий синяк. Больше от неожиданности, чем от неприятной боли, я закричал и подскочил на месте. Развернувшись к обидчику лицом, прижался спиной к стене, прикрывая беззащитный тыл. Устрашающего вида долговец, в чёрном бронекостюме, заметно покачивался из стороны в сторону, кося на меня покрасневшие глаза. По всему видно, что алкоголя на грудь он принял в изрядном количестве. Его похабную шутку бойцы «Долга», многие сталкеры и даже некоторые свободовцы, приняли на ура. Какой же странный и отвратительный у них юмор! Я понимаю, что они пьяны, и сознание несколько изменено… Но всё же надо соблюдать меры приличия!
- Простите, вы меня с кем-то путаете… – я пытался придать голосу строгий тон, но страх перед долговцем, намного превышающего меня по габаритам, всё портил. Мужчина заметил это, и громко расхохотался, запрокинув голову. Я мысленно торопил торговца быстрее собрать мне покупку. А он, словно специально, долго копался с коробками, гремя почему-то пустыми бутылками.
- А чего такая красавица к нам зарулила? – неловко покачнувшись, солдат «Долга» упёр руки в бока, и шумно шмыгнул носом, – чего одна? Чего не в компании своих подружек?!
И снова дружный хохот… Пренебрежительное отношение так? Это мы, учёные, зануды, да? Просто мы, в отличие от этого стада, культурные образованные люди! Клянусь, ноги моей больше не будет в этом злачном месте!
- Прошу! – торговец бухнул на прилавок полиэтиленовый мешок, под завязку набитый различными конфетами, шоколадными батончиками и плитками. На полторы тысячи я хорошо закупился. Надеюсь, питомцу Тёмного хоть что-то из этого приглянется.
- Ох ты! – воскликнул долговец, наклонившись к прилавку и как собака поводырь поводил носом над мешком, – а девчуля-то у нас сладенькое любит! А? Наука? Сладенького захотелось?!
- Простите, это не мне, – отстегнув заклёпки рюкзака с груди, я аккуратно сдвинул наглого мужчину в сторону. Схватив мешок со сладостями, запихал его в рюкзак, – я обещал принести ихТё… человеку, что живёт в тоннеле возле Градирни.
Судя по переменившемуся лицу долговца, он в курсе слухов о Тёмном. Лицо его из ненормального красного оттенка, быстро побледнело. В подёрнутых пьяной дымкой глазах мелькнула странная, но точно трезвая эмоция. Возможно, он знает куда больше историй, чем я. И куда более пугающие. Плевать. Я обещал Тёмному вскоре вернуться к нему. Обещал Клёсту вернуть его «Винторез». А слово своё надо держать, как учила меня моя мама… Только быстрая перемена настроения бойца «Долга» немного напугала. Но нет ведь ничего страшного в Тёмном! Нет никакой мистики! Он обычный человек!.. Я мог бы попытаться сейчас развеять глупые слухи о тоннеле, но не хочу терять времени. Оно слишком быстро бежит! Как-нибудь в другой раз…
- Спасибо большое, – сказал я торговцу, застегнув заклёпки от рюкзака крест на крест на груди, – до свидание!
- Ага, пока, – равнодушно ответил он мне, и обратился уже к долговцу, – ну? Чего хотел?
Толкнув входную дверь, я выскочил на холодный ночной воздух. Температура за несколько минут будто упала еще ниже. Обернувшись назад, я пересёкся взглядом с тем мужчиной, в чёрно-красной форме. Он всё смотрел на меня, пока дверь медленно закрывалась, тем не мигающий непонятным взглядом. И глаза эти принадлежали абсолютно трезвому человеку. Дверь «Янова» с металлическим грохотом захлопнулась…
====== Глава 4. Токарь ======
- Пусть Зона ему будет пухом, – выпили, не чокаясь. Водка обожгла давно не чувствующий вкуса язык и горячим потоком спустилась вниз по пищеводу. В который раз уже я занюхал её пыльным рукавом своей поношенной черной формы. Вот такие дела в Зоне творятся: ещё вчера говоришь с человеком, споришь из-за ерунды, а на следующий день уже поминаешь того в кругу тех, кого оба могли назвать друзьями по местным меркам.
- Эх, вот так бывает, что аж в петлю порой охота, как задумаешься, – вздохнул Бамбук, тощий высоченный мужик, сидевший по левую руку от меня. Он уже полулежал грудью на грубо сколоченном столе, подпирая предплечьем небритую щеку. Философским взглядом рассматривал тарелку с подходящей к концу скромной закуской. Подцепив пальцами кусочек колбасы, вольник отправил обветренный продукт себе в прореженный на пару зубов рот, прожевал и самозабвенно продолжил, – не щадит Зона хороших людей! Ни за что под пули подставляет! Травит, сжигает, выворачивает. Или вообще с концами прибирает. Как паренька того. Как его бишь звали? Всё с Вереском нашим крутился…
- Дрём. И как ещё кликуху такую схлопотал, – прогнусавил вечно простуженный коренастый Пират, более известный в «Долге» как сержант Корабелов, – вечно шило в жопе было – лез, куда не просят! Нос свой курносый везде совал! Одним словом – «свободяй».
