— Вам, наверное, скучно сидеть здесь без дела, лорд Рисанэ? — раздался в утренней тишине мелодичный голос Авелис. Плавной походкой она вплыла в беседку: прекрасная юная эльфийка в легком шелковом платье цвета спелых персиков. Ее бледно-золотые волосы свободным водопадом ниспадали на спину, а в серых глазах сверкала нежная улыбка. В отличие от сестер, она не унаследовала поразительные сапфировые глаза Феланэ, да и волосы ее не переливались горящим золотом, как у Алесты с Астерой, но эта менее яркая внешность намного больше соответствовала той внутренней мягкости, что царила в душе младшей сестры.
— Ничуть, но я буду рад вашему обществу, леди Феланэ, — генерал Рисанэ не кривил душой: младшую из сестер окружала какая-то особенная, удивительная аура жизни, той веселой и беззаботной жизни молодого эльфа, о которой, казалось, Селон давным-давно забыл.
— Вы ужасно учтивы, прошу, зовите меня по имени, «леди Феланэ» из ваших уст звучит слишком важно, — она легко рассмеялась, опускаясь на нежно-розовый пуф.
— Как вы пожелаете, леди Авелис, — он не удержался и улыбнулся в ответ. — Но мне придется сразу предупредить: к моему большому сожалению я не смогу развлечь вас увлекательной беседой.
— Я нарушила ваши раздумья?
— Нисколько, но круг моих интересов не соответствует вашему. Я всегда жил лишь войной, — печально произнес он.
Она наклонилась к нему, ее бледно-золотые локоны скользнули вперед, изысканным узором ложась на шелк платья.
— Мне жаль, что вам пришлось столько пережить, и я благодарна вам за то, что вы защищали нас всех эти годы.
— Я делал это не один: все эльфы Рассветного Леса стали на защиту своих семей. К примеру, ваша сестра.
— Да, слава о ее подвигах достигла даже наших рощ. Правда ли, что ее прозвали Бич Орков?
— Истина, ваша сестра разила орков у восточных предгорий, как жнец пшеницу.
Авелис повела плечами, словно замерзла, и генерал заботливо поинтересовался:
— Закрыть окно? Сегодня с севера дует холодный ветер.
— Главное, чтобы он не принес беду. Сидите, вам нет нужды вставать, все дело в том, что я слишком впечатлительная.
— Как правило, так говорят те, кто может выдержать очень многое.
— С вами ужасно сложно беседовать, лорд Рисанэ, вы на любую мою глупость находите похвалу, — так чисто, без какого-либо кокетства, произнесла Авелис и тут же осеклась: — Я вас не обидела?
— Это было бы невозможно, — с улыбкой заверил ее генерал Рисанэ. — Ваше общество скрасило это утро.
— Это самое главное — плохой бы я была хозяйкой, если бы гости скучали в нашем доме.
— Уверяю вас, покой вашего прекрасного поместья — как раз то, чего я бы желал. После войны хочется лишь тишины… Впрочем, это неважно.
— Вовсе нет, — быстро и довольно пылко возразила Авелис.
— Это речи не для юных леди, — мягко ответил генерал. В отличие от Астеры, он, оказываясь вне плаца или военного совета, общался исключительно радушно. Его голос — неторопливый, мягкий, отеческий — мог успокоить любого, он окутывал, словно теплый домашний плед, дарил ощущение защиты.
— Я готова вас слушать.
— Минуту назад вы утверждали, что чересчур впечатлительны.
— А вы убеждали меня, что как раз наоборот!
— Я готов признать поражение, — произнес Рисанэ, заворожено наблюдая за светлой улыбкой своей собеседницы.
Тугая дуга лука изогнулась в крепкой хватке, и Астера закинула на края тетиву.
— Все, Адериэль, твой первый лук готов, — она отдала его маленькому сыну. Тот едва не задохнулся от восторга, трогая маленькими ручками детский лук.
— Не рановато ли? — скептически поинтересовался Винсент только за тем, чтобы зацепить Астеру: он бы и сам подарил сыну лук на двухлетие.
— Нет, — тут же гневно отрезала эльфийка. — В роду Феланэ все великолепные лучники. Мой отец подарил мне лук, едва я научилась ходить.
— Заметно, — пробормотал себе под нос Винс, помогая Адериэлю поудобнее перехватить лук.
— Повтори громче.
— А ты не услышала?
Взгляды их скрестились: в этом была вся суть их отношений, с этого все когда-то началось…
