Ни для кого во дворце не было секретом, что король с королевой давно не делят постель. Для высокодуховных светлых эльфов это не было чем-то необычно, зато очень помогло Лидэлю: он смог завалиться в покои матери ранним утром. Предпочитая не размышлять на тему семейных проблем родителей (ему своих хватало), он постучал в дверь спальни. Потом еще раз и еще. Наконец спустя полчаса королева порадовала своего старшего сына и вышла к нему — естественно, уже полностью готовая к новому дню. Мама у них всегда много времени уделяла внешности, поэтому взгляд, которым она прошлась по расстегнутому камзолу и незаправленной рубашке Лидэля, был далеко не добрый.
— Ты знаешь, на ком Лоренс собирается жениться?
— И тебе светлого дня, Лидэль.
— На Эстель Рисанэ! — совершенно не слушая мать, выпалил принц.
Если он рассчитывал хоть на какую-то реакцию, то его ждало разочарование. Королева вызвала служанку, приказала подать завтра на двоих и только потом повернулась к сыну.
— Сядь.
Лидэль послушно сел, стараясь держать себя в руках. Если разозлить маму, то о помощи можно забыть.
Он терпеливо ждал, пока служанки принесут поднос, расставят блюда и наконец удалятся. Королева разлила чай и принялась помешивать его. Когда крохи терпения Лидэля подошли к концу, она соизволила ответить:
— Ценные сведения, но я бы и так скоро узнала. Не понимаю причину твоего волнения.
— Тебя устраивает его выбор?
— Более чем. Позволь напомнить тебе, — она пригубила горячий чай, — что подобным браком Лоренс освобождает дорогу тебе.
Лидэль хотел было возразить, но прикусил язык: не дай Свет, мама догадается, что его интерес к женитьбе брата имеет под собой что-то еще. Что именно, он и сам пока не понимал, но матери доверять не собирался. У нее вопрос брака всегда стоял очень остро, и Лидэль бы не удивился, если бы узнал, что мысленно она уже поженила всех своих детей. Чего только стоят ее рассуждения о его браке с принцессой лунных эльфов!
— Хорошо, мама. Ты права.
— Вот именно. А сейчас поешь, сделай мне приятное.
Кое-как запихав в себя кусок тонкого воздушного пирога и залпом выпив кружку обжигающего чая, Лидэль коротко распрощался с матерью и помчался к сестре. Та тоже ночевала одна, но совершенно по другой причине — не желала наследить. Как и у брата, у Линэль была толпа
— Хватит спать! — провозгласил Лидэль, распахивая шторы в спальне сестры. С кровати раздался стон. В ворохе подушек показалась голова Линэль.
— Ты с ума сошел⁈ Какой час⁈
— Уже шесть часов прошло с рассвета, все эльфы давным-давно встали!
— Все встали, а я — нет! Проваливай в Глубины, Лидэль!
— Фу, как грубо! И это принцесса Рассветного Леса! — посетовал Лидэль и увернулся от запущенной в него подушки. — Вставай срочно! Мне нужно излить тебе душу!
— Излей ее лучше на Лоренса, а то он, бедняжка, уже не знает, как тебя зацепить.
— Вчера у него хорошо получилось, — враз помрачнел Лидэль, потирая уже зажившую губу — спасибо мазям Ниранэ!
Линэль смерила его внимательным взглядом, накинула халат и, усевшись прямо на незаправленную постель, приказала:
— Рассказывай.
И он рассказал. Все с самого начала — с куцего разговора с Эстель на их первом балу до вчерашней драки с Лоренсом.
— Я зашел с утра к маме: так ей все равно! Она хочет, чтобы отец поскорее женил Лоренса, а кандидатура ей неважна. Главное, чтобы не лунноэльфийская принцесса! — закончил свой рассказ Лидэль.
Линэль долго молчала, барабаня пальцами по обнаженной коленке.
— Плохо твое дело, братишка.
— Сам знаю. К Эстель не подобраться, даже не знаю, что еще попробовать… Что? — спросил он, поймав взгляд сестры: никогда она не смотрела на него с такой жалостью, словно он смертельно ранен и вот-вот умрет. Или, вообще, уже умер.
— А ты не понимаешь?
— Нет, — в полном недоумении ответил принц.
— Даже не знаю, говорить ли тебе…
— Линэль!
Она прикусила губу и посмотрела на него — с жалостью и весельем.
— Ты влюбился, Лидэль.
В повисшей тишине было слышно, как за окном Виранэ распекает своих стражников.
— В кого это?
— Ну не в Лоренса же! — всплеснула руками Линэль. — В Эстель.
— Что? — Лидэль расхохотался. — Влюбился в эту… в эту…
— Ну, в кого? — не отступала сестра. Это внезапно разозлило принца. Он подскочил с кресла и, все больше распаляясь, ответил:
— В высокомерную некрасивую провинциалку! Которая даже улыбнуться мужчине не может! Ходит важная, целительница, от всех нос воротит, словно она королева!
— А теперь вдруг за Лоренса замуж выйдет, — подкинула дров в костер Линэль.
— Она не выйдет за него замуж! — заорал взбешенный Лидэль и вылетел из покоев сестры, громко хлопнув всеми дверями, которые попались у него на пути. Что это такое⁈ Сначала Эстель, потом Лоренс, мама и наконец Линэль! Да весь мир на него ополчился!
