Он достал карту из колоды. Глашатай. Старшая карта игры. Хорошим, безопасным ходом будет оставить эту карту в своем кладе.
– Поспеши, – сказал Ремзи, – прежде чем твой мечник передумает ставить на тебя.
Антон чувствовал напряженный взгляд Джуда, направленный ему в затылок. Он не собирался позволять какому-то угрюмому мечнику мешать себе. И он не собирался позволять пропитанному вином капитану побеждать себя. Если он не может собраться с мыслями, то по крайней мере может обмануть Ремзи и заставить проиграть.
Расслабив плечи, Антон поднял взгляд от карт.
– Тебя это беспокоит?
– Что меня беспокоит? – ответил Ремзи, глядя так, словно никогда не беспокоился в этой жизни.
– Что у тебя карты лучше, – сказал Антон, – а ты все равно проиграешь.
– Можешь блефовать сколько влезет, – сказал Ремзи со спокойной улыбкой.
– Кто блефует? – Антон разыграл глашатая.
Это был смелый, рискованный ход, но Антон сразу увидел, что это сработало, выбило Ремзи из колеи ровно настолько, чтобы успеть заметить его эмоции. Едва заметное изменение в выражении лица, какое можно было и пропустить. Но Антон знал, как читать едва заметные изменения в настроении, предсказывать, как кто-то отреагирует на малейшую неприятность. Этому он научился задолго до того, как показал себя за игрой в канбарре. Вот так он выживал после гнева брата все эти годы.
И те же самые инстинкты подсказали ему, что Ремзи только что сдал игру. Ремзи быстро оправился, разыграл следующую карту, семерку мечей. Глашатай остался лежать лицом вверх между ними.
– Мы с тобой оба знаем, что в конце придется разыграть собранные карты.
– Капитан, – сказал Антон, разыгрывая следующую, – если вы действительно так считаете, то я уже выиграл.
Ухмылка мелькнула на лице Ремзи, а его глаза пробежались по картам, оставшимся в центре стола.
– Глашатай и две семерки. Пропускаю.
Антон мог сделать еще шаг или тоже пропустить ход, заканчивая игру. Он знал, что Ремзи ожидает, что он сделает еще шаг, чтобы встать на почву потверже.
Антон улыбнулся.
– Пропускаю.
В этот раз Ремзи лучше скрыл свое удивление, а взгляд метнулся к картам перед ним.
– Хорошо. Показываем. – Он перевернул свою первую карту. Еще один глашатай, чего Антон и ожидал.
За его спиной, Джуд вздохнул от волнения.
– Ты точно знаешь, что делаешь?
– Вряд ли, – сказал Антон. Он не мог удержаться и не подмигнуть через плечо, потянувшись за своими картами. Он перевернул первую. Семерка чаш.
Ремзи перевернул последнюю карту в его руках – писарь. Вторая по рангу карта в колоде. Он поднял кружку с элем и отсалютовал Антону с усмешкой.
– В следующий раз повезет больше, парень.
Рука на плече Антона внезапно дернула его назад. Над ним навис Джуд, на лице бушевала буря.
– Не могу поверить, что ты…
Антон оторвал руку Джуда от своего плеча и перевернул последнюю карту. Четвертый глашатай.
На зрителей опустилась мертвая тишина.
– Два глашатая, три семерки, – сказал Яэль. – А у Ремзи три глашатая и высший писарь.
Ремзи подавился своим элем.
– Ты, – ахнул он, кашляя. – Как ты?..
– Просто повезло, наверное, – сказал Антон, пожимая плечами, а потом повернулся к сияющему лицу Яэля.
– Кажется, ты действительно хорош, – сказал тот. – Отлично сработано. Не многие могут победить капитана в этой игре. Я думал, что он уже тебя порвал.
Ремзи закашлялся сильнее.
– Яэль, хватит флиртовать с парнем, лучше принеси мне воды!
– Стой, так, – начал Джуд, все еще сжимая плечо Антона, – ты победил?
Антон с довольным видом встретился с ним взглядом.
– Конечно. Я же сказал тебе, что так и будет.
На лице Джуда было написано что-то среднее между раздражением и восхищением. Антон вскочил на ноги, схватил меч из центра стола и поднял его, как победитель – лавр. Выражение лица Джуда теперь определенно было раздраженным, когда он выхватил клинок, а другой рукой – торк.
– Вот, – сказал Ремзи Антону, ставя на стол стакан, полный до краев вином, которое в тусклом свете дворика казалось почти золотым. – И один для твоего мечника.
– О нет. Я не…
Но Ремзи проигнорировал Джуда и поставил вторую, полную до краев кружку на стол.
– Пей, – посоветовал Яэль с другого конца стола. – Единственный способ пережить путешествие на кишащем крысами куске дерева с командой из моряков с самым сильным мочевым пузырем – пить больше, чем они.
– Я предпочитаю, чтобы мои мысли не были затуманены, – ответил Джуд.
– Он всегда такой веселый? – спросил Ремзи, вскидывая бровь и глядя на Антона.
Тот усмехнулся.
– Скажу, когда узнаю.
Ремзи хохотнул. Джуд не был так же весел – он поджал губы, а густые брови сошлись на переносице.
Антон задержал взгляд на мечнике, почти что бросая вызов. Он точно знал, что делает. Так же он поступил с Ремзи за карточным столом – спровоцировал реакцию, чтобы скрыть свое собственное смятение. Потому что мысль о том, чтобы застрять с Джудом на шесть дней в узком пространстве с его громогласной
Ремзи, сощурившись, глянул на Джуда.
