Воздух ощущается влажным —
Мой дом небольшой, на две спальни, но чистый и удобный, и всего в паре шагов от воды. Я купил его в один удачный год и благодарен Благоразумному Финну, что все продумал заранее и купил дом, а не как придурок Колтон, который купил неэкономичный Мустанг и квартиру по пути в Викторию.
В доме был немного спертый воздух, поэтому я отставляю чемодан и открываю везде окна, чтобы проветрить. Становится прохладно, и почти мгновенно дом заполняется запахами соли и сосны. Сквозь заднюю стеклянную дверь видны бескрайние краски голубого и зеленого, а в некоторых местах зелень была такой густой, что доходила до самого берега.
Я оставляю дверь открытой и иду на кухню перекусить, но вскоре понимаю свою ошибку — надо было купить что-нибудь по дороге. Мой холодильник практически пустой, поэтому я разогреваю немного супа из банки и беру консервированные персики, которые нашел в кладовке, а уже завтра пойду в магазин.
Часы в дороге, полная голова мыслей и недостаток сна берут свое, и я сразу же направляюсь в свою комнату. Не закрывая окон, я раздеваюсь, скидываю покрывало и, впервые за долгое время проживания здесь, я с удовольствием ложусь в собственную кровать.
Когда я проснулся, в доме было холодно. Но это и хорошо, моя жизнь — здесь, и прохладный резкий ветер — это именно то, что мне нужно, перед тем как вернуться на лодку и провести там остаток дня.
Полноценная ночь сна позволила моему мозгу отдохнуть после всех этих дорожных раздумий. Я встаю с постели и одеваюсь, ощущая уверенность, что я точно смогу наладить наш бизнес. Чувствую облегчение от принятого решения, несмотря на нервные спазмы в животе. Я верю в себя и в братьев достаточно, чтобы быть спокойным: мы сможем снова встать на ноги, не смотря ни на что.
Я только надеюсь, что этим мы не загубим свои жизни.
Еще нет и пяти утра, а я уже на пристани. Соленый воздух наполняет легкие, и я двигаюсь на автопилоте, тело прекрасно помнит, что и как нужно делать.
Парни уже заняты. Там, где была заменена проводка, лежит новый настил, а рулевое управление в машинном отделении работает, как надо. Оборудование настроено, сети отремонтированы, и я чувствую гордость за братьев.
— Финн? — слышу я, оборачиваюсь и вижу моего младшего брата, Леви, поднимающегося на борт.
— Я здесь, — откликаюсь я.
Он идет на мой голос и входит внутрь, неся в обеих руках дымящуюся кружку с кофе. На нем теплая клетчатая куртка и шапочка, натянутая на вьющиеся волосы.
— Вот черт, — поставив кружку и широко раскрывая объятия, говорит он. — Рад, что ты вернулся, путешественник.
Похоже, в Сан-Диего я стал настоящей тряпкой, потому что когда он отстраняется, я тяну его назад, обнимая еще крепче.
— Спасибо, — отвечая я. — Спасибо, что позаботились о лодках. Вы, парни, неплохо справились, — я отстраняюсь, но прежде стаскиваю с него шапочку, взъерошив блондинистые волосы.
Его характерная улыбка на месте. Леви всегда был самый улыбчивым из нас и настоящим шутником, тут он меня не разочаровал.
— За мной идет Колт, но мы можем улизнуть и покрасить друг другу ноготочки, если тебе сильно хочется.
— Пошел на хуй, — говорю я и, смеясь, бросаю в него его шапочку.
С огромным бумажным пакетом с обедом в одной руке и яблоком в другой появляется Колтон.
— Вы только посмотрите, кто вернулся, — говорит он. Он обнимает меня с такой же силой, что и Леви, и все сейчас встает на свои места: братья Робертс на лодке, готовые начать новый день. Кроме того, что этот день начинается по-другому.
— Послушайте, — начинаю я, сняв бейсболку и почесав лоб. — Думаю, сегодня нам стоит остаться на пристани.
Колтон изучает меня с секунду.
— Почему?
Я осматриваю пристань и все еще не вижу, чтобы отец поднимался на борт.
— Папа остался дома?
— Наверное, придет позднее, — отвечает Колтон. — Тем более, когда он в курсе, что ты вернулся.
— В чем дело, Финн? — интересуется Леви. — Мы сегодня не будем расставлять сети?
Я решаю, что надо сразу им все рассказать, в присутствии отца или нет. Я надеваю бейсболку и смотрю на каждого брата по очереди.
— Думаю, я принял решение.
Леви подходит чуть ближе.
— И в чем оно заключается?
— Думаю, мы должны согласиться, — я смотрю на Леви и смеюсь над его умоляющим лицом. — На шоу.
Братья вопят от восторга и бросаются меня обнимать.
— Блять, да, — кричит Колтон и его голос эхом отражается от воды. — Ох, Финн, да это же здорово. Хвала небесам.
— Ты хоть представляешь, что скажут люди? — спрашивает Леви, но при этом улыбается так, что сразу видно — это его беспокоит меньше всего. — Они же нам проходу не дадут.
