В дежурной части полицейского ведомства в Роудсе сидела та же сотрудница. Она улыбнулась Саре, открывая перегородку, которая отделяла рабочие кабинеты от приемной. Молодая женщина лишь немного отступила в сторону, и Саре пришлось протискиваться мимо нее. Саре внезапно вспомнилось, как она поступила с Амирой, и ее сковал страх. Ничто не мешало Амире подать на нее в суд, и тогда в лучшем случае на карьере Сары будет поставлен крест, а то ее и вовсе погонят со службы. Она сделала глубокий вдох, поборов порыв оглянуться на сотрудницу полиции из дежурной части.
Войдя в кабинет для допросов, куда привели Клинта Кеннарда, Сара собралась в комок. Заставляла себя сохранять хладнокровие, не делать резких движений. Смити она заверила, что справится без него. Хотела, чтобы он занимался поиском черного автомобиля и фургона. На этот раз Клинт пришел на допрос в сопровождении адвоката. Та накрасила губы помадой бурого оттенка, как земля, которую Сара постоянно выковыривала из бороздок на ребристой подошве своих туфель с тех пор, как приехала в Дертон.
– Мы заглянули в ваш сарай, Клинт, и теперь можем с уверенностью сказать, что спиды, обнаруженные в водах дамбы, были произведены в вашей лаборатории.
– Черт, не повезло, – хлопнул по столу Клинт. – Из-за исчезновения девчонки Бьянки слишком много вас к нам набежало. Всюду стали совать свои носы.
– Эстер Бьянки не повезло больше, Клинт. Или вы так не считаете?
Адвокат Клинта пристально посмотрела на него.
– Я посоветовала своему клиенту не отвечать на вопросы.
– Думаю, ваш клиент не откажется поговорить со мной, – возразила Сара. – Дело в том, Клинт, что полиэтиленовая пленка, обнаруженная в вашем сарае, в точности соответствует той, в которую были завернуты спиды, а этот наркотик, как мы установили, производился у вас дома. Что вы на это скажете?
Клинт с минуту смотрел на Сару, словно оценивая свое положение.
– О наркотиках я больше не скажу ни слова, – заявил он. – Вам придется самим доказывать мою вину, и, думаю, мой адвокат будет только рада, если я закрою рот на замок.
Женщина громко выдохнула через нос.
– Но хочу сообщить, что в тот день, когда пропала девчонка, Питер Томпсон должен был встретиться в пабе со мной и Роландом. Он так и не явился. Так что свои вопросы о мертвых девочках лучше адресуйте ему.
– Почему вы умолчали об этом во время нашей с вами беседы в воскресенье? – осведомилась Сара.
– Не хотел болтать лишнего, – передернул плечами Клинт. – Раз вы еще не вышли на него, зачем мне было его сдавать? Но если он вляпался в
Сара вспомнила, что сказал Льюис: Питер приходил к ним домой в воскресенье и говорил с его отцом об Эстер.
– С тех пор как началась вся эта свистопляска с девчонкой Бьянки, Питер ведет себя странно. Не отвечает на мои звонки. В воскресенье утром приперся ко мне, заявил, что хочет уехать из города. Мне пришлось его отговаривать. А тогда мы еще не знали, что вы нашли чертов «кирпич».
– Думаю, мой клиент сообщил достаточно, – сказала адвокат, кладя руку на спинку стула Клинта.
Допрос был окончен.
Сара вернулась в Дертон, чтобы еще раз допросить Роланда Матерса. Ждала, что он будет играть в молчанку, но, как только она упомянула Питера Томпсона, Роланд тут же развязал язык. Он охотно выложил, что в пятницу Питер должен был встретиться с ним и Клинтом в два часа дня, что с тех пор он видел его один раз и Питер вел себя «чертовски странно». Если б Смити по просьбе Сары не позаботился о том, чтобы у Клинта и Роланда не было возможности сговориться, она бы насторожилась: слишком гладко получалось.
После допроса Роланда Матерса Сара жестом предложила Маку выйти на улицу переговорить. Они отошли в поле за зданием участка, поскольку внутри Роланд мог их услышать.
– Расскажите про алиби Питера Томпсона, – попросила Сара.
– Он был дома, как и сказала его жена. Их старший сын это подтвердил, – отвечал Мак. – Он парень хороший. Я его знаю.
– И вы ему поверили?
– Вы не понимаете, как тут люди живут, – заявил Мак. – А я здесь уже десять лет и сам, между прочим, тоже родом из глубинки. Местные особенности я знаю лучше вас.
Сара заметила жалость на его лице. Сколько раз она это слышала в том или ином варианте! Сколько раз ее коллеги-мужчины заявляли ей, что она не понимает и даже не способна понять!
– Меня беспокоит вовсе не то, что я понимаю или не понимаю, – парировала она. – Вы были обязаны доложить мне об этом. Не исключаю, что сын Питера был очень убедителен, но это не алиби.
– Думаете, только столичные копы видят, когда им вешают лапшу на уши? – с горячностью спросил Мак.
«Хм, неожиданно», – отметила про себя Сара. Обычно Мак был настроен благожелательно. Впервые со дня своего приезда она видела его таким раздраженным.
– Я думаю, что вы не совсем объективны, а я слишком затянула с расследованием, – сказала Сара.
Они стояли и смотрели друг на друга. Сара вспомнила свое первое впечатление о Маке: тогда она обрадовалась, что в кои-то веки ей попался адекватный местный полицейский.
