Я развернулся и замер, стоя на коленях между ног у Женьки. Его глаза были так близко - потемневшие, глубокие, искрящиеся желанием. И я не ошибался, нет – это было именно желание. Губы влажно блестели, манили и обещали. Устоять я не смог. В этот раз наш поцелуй был неторопливым и горячим, нежным и властным, страстным и мягким. Я словно окунулся в обжигающий, ласковый омут, не отпуская и затягивая в него за собой и Зайку. Ласкал невероятно желанные губы, покусывая и посасывая, наслаждаясь их нежностью и такой знакомой лимонной сладостью; пальцами проводил по шее и груди; ладонями сжимал бока через тонкую ткань и гладил спину. Вцепившись в мои плечи, Женька отвечал. Как умел, как мог. Это пьянило, будоражило и выносило последние остатки здравого смысла, заполняя тело огненной лавиной страсти. Воздуха катастрофически не хватало, в голове – «белый шум», а перед глазами – сверкающие круги. Каким-то сверхъестественным усилием мне все-таки удалось разорвать поцелуй и отпустить парня.
Мы тяжело дышали, ловя по крупицам обжигающий воздух, и недоверчиво смотрели друг на друга. Что это было и что сейчас делать, я не знал. Но, похоже, это знал Женька: он вывернулся из моих рук и поднялся с дивана.
- Мне, наверное, нужно в ванную?
- Зачем? – недоумеваю я, мозг все еще где-то бродит и возвращаться пока не собирается.
- Ну, как зачем… – растерявшись, Зайка опустил глаза, а его ушки так мило покраснели… и щеки заалели бесподобным румянцем.
- Э-э-э…
Слов нет. О, Господи! Неужели это то, о чем я даже и думать уже не смел.
- Я быстро, - Женька смущенно улыбнулся, а потом – рывком содрав с себя футболку, бросил ее мне. И, зацепив большие пальцы рук за пояс джинсов, при этом немилосердно обтянув штанами свою восхитительную попку, танцующей (!) походкой ушел в сторону гостевой ванной.
Вот это да! Это кто же - здесь, сейчас и кого - так бессовестно соблазняет и безумно хочет… Ай да Зайка!
С первой нашей встречи я не могу ни угадать, ни предсказать, ни просчитать реакций и действий этого парня. С ним всё и всегда идет не так. Сколько же твоих сюрпризов, Зайка, меня ждет?
Еще до конца не веря своему счастью, спотыкаясь и ломая ноги, взлетаю по лестнице в спальню. Врываюсь в душ, чуть не снося дверь, и торопливо раздеваюсь. Сегодня мне не до шалостей, но член ноет, требуя разрядки. Надо помочь «младшему брату», чтобы… Ох! Пара резких движений, и снова я на полу душевой кабинки тяжело дыша ловлю губами воздух и теплые струйки воды. Дежавю, не иначе!
Так и не решив, остаться мне в спальне или вернуться на диван, я в одних домашних штанах сидел на ступеньках лестницы и ждал Женьку, уговаривая себя: это не сон, Гризли, не сон!
Зайка вышел из ванной в одном полотенце и остановился в трех шагах от меня, закусив губу, снова нервно теребя ткань и не поднимая глаз. Просто прелесть! А я сидел и смотрел на него. Минуту. Потом Женька решительно прошел мимо меня и стал подниматься по лестнице, сверкнув обнаженным бедром и мимоходом взъерошив мои волосы.
Ой! Мамочки! Спокойно, Стас, спокойно!
Сбегав на кухню, глотнуть водички и хотя бы чуть-чуть успокоить взбесившееся сердце (повертел в руках валокордин и все-таки поставил его обратно в аптечку), я рванул в спальню. Привалившись к спинке, Женя ждал меня, сидя посередине кровати, неяркий свет торшера уютно рассеивал темноту и блестел в его темноволосой макушке. Заваливаюсь рядышком и опять, положив голову ему на колени, жду, когда его пальцы зароются в мои волосы. Хочется мурлыкать и царапаться от удовольствия.
Женька вздрагивал, тихонько сопел, но самозабвенно продолжал трепать пряди, когда я начал мягко поглаживать его ноги, аккуратненько забираясь все выше по бедру под махровую ткань, сам изнемогая под его наивными ласками. Хотелось всего и сразу, но – нельзя! Сегодня - нельзя! Сегодня надо было постараться сделать все правильно и, если получится – менее болезненно. Поэтому, стиснув зубы и ежесекундно ловя ускользающий в омут желания рассудок, я дарил ласку, страсть и себя. Парню, которого так долго ждал. Целовал Женькины коленки, уже более настойчиво гладил бархатные бедра, легко касаясь большими пальцами их внутренней стороны, прекрасно помня все его чувствительные местечки. Распахнув безумно мешающее полотенце и содрав с себя штаны, тяну парня за ногу, укладывая на спину и накрывая его тело своим. И снова мы целовались: жарко, трепетно и так восхитительно прекрасно. Припухшие губы и искрящиеся глаза, вспотевшие виски и обжигающее дыхание, горячечный шепот и крупная дрожь по всему телу. Просто божественно, а я и не знал, что так бывает.
