- Домой, - ворчит ученик, выпрямившись на коленях и пытаясь отодрать от себя мои пальцы. - Тренер сегодня какой-то неадекватный, обещал покалечить.
- А трахнуть тебя тренер не обещал? - принимаю правила игры и закусываю так удачно попавшуюся мне на зуб мочку уха.
- Нет, не обещал, - притворно вздыхает и ёжится Женька, уже сам подставляя под мои губы шею. - Сказал вообще к нему с такими глупостями не подходить.
- Когда это я такое говорил? - от удивления выпадаю из образа.
- …больше никогда не благодари меня ТАК… – ехидно процитировали мне меня.
- Да-а-а! И ты поверил?! - одной рукой притягиваю его за плечи, прижимая напрягшейся спиной к своей груди, а второй изучаю степень готовности чужого члена. О, да! Готов – как пионэр!
- Стас, отпусти, - хрипло шепчет «пионэр», все откровеннее и настойчивей вжимаясь задницей в мой пах.
- Уверен? - глажу подрагивающий живот, нетерпеливыми пальцами пробираясь под резинку спортивных штанов и боксеров. - Ты уж реши, отпустить мне тебя или…
- Или… - запрокидывая мне на плечо голову, сдается Зайка.
Как выстрел - взрывающий мозг. Как электрический разряд – вновь запустивший застывшее сердце.
И я, судорожно думая, чем же можно сейчас заменить смазку, спускаюсь ладонью все ниже, и дальше, и глубже, пока не добираюсь до…
Вот же черт! Пальцы словно обожгло, а ошалевшее сердце чуть не расплющило о ребра: Зайка был девственно чист, гладко выбрит – везде. Растянут и обильно смазан. Непредсказуемый, невозможный, невероятный… Провокатор и игрок… Любимый, сумасшедший и сумасводящий… Мой!
- Ты… ты знал?! - севшим голосом, буквально хриплю я. - Знал, что я не сдержусь?
- Не знал, - Женька осторожно прикоснулся губами к моей скуле, согрел дыханием и ласково лизнул. - Просто надеялся и очень хотел. Тебя хотел!
И сдернув с себя футболку, опустился на локти, широко разведя бедра, прогнувшись в пояснице и блеснув бездонным озером возбуждения в глазах. А я опять цепенею от вида широких плеч, плавных линий спины, ямочек на поясницы и розовых половинок.
- Ну, давай же, Гризли…
Всё! Меня порвало на сотню маленьких медвежат, каждый из которых самозабвенно пытался поцеловать, укусить, облизать и приласкать «бедного» Зайку. Сорванные футболки и штаны неопрятной кучкой валяются на матах, я кусачими поцелуями практически рву кожу на спине любимого мальчика, оставляя синяки и царапины на гладких мышцах. А мне выгибаются навстречу, подставляют шею и плечи, что-то тихо шепчут и трутся ягодицами о мой железный стояк. Наши негромкие стоны звонким эхом множатся в гулкой тишине зала, окончательно разнося на куски самообладание и выдержку. Со своим рассудком я давно попрощался, сейчас моим телом владели похоть и страсть.
Ну, Зайка, теперь держись!
Вцепившись в Женькины плечи, я практически ворвался в его тело, прижимаясь грудью к моментально вспотевшей спине и вцепивший зубами в холку. Потерявшись во времени и пространстве, забыв обо всем, кроме так щедро доверенного мне тела, я просто умирал от счастья. Остановиться – невозможно, молчать – невыносимо, а думать – просто не получается. Сумасшедшие и рваные, медленные и тягучие, размашистые и глубокие движения тел навстречу друг другу, уносили обоих за грань реальности, до вакуума в голове, до огненных всполохов перед глазами и шквальных волн кайфа и экстаза, топящих наши тела. Мы горели, задыхались и тонули друг в друге, сорвавшись в пропасть сумасшедшего физического оргазма и, взлетев на горячих, безумных крыльях оргазма ментального.
Мокрые, уставшие и затраханные, мы приходили в себя в тишине спортивного зала, еще не до конца веря в то, что произошло.
- Жень, а почему ты медведя не забрал? – задал я какой-то странный вопрос, скользя пальцами по его пояснице.
- А чтобы был повод вернуться… - сухие искусанные губы прикоснулись к моему плечу, даря мягкое тепло.
Потом я увез Женьку к себе домой, рыча и огрызаясь на его робкие протесты. А вечером, сытые, расслабленные и довольные, мы валялись на диване, лениво поглядывая на проделки героев нового диснеевского шедевра. Женька – полулежа, откинувшись на подушки, и я – в любимой позе, примостив голову на его коленях.
- Стас, ты же научишь меня всему? – тихонько поглаживал меня по голове Зайка.
- Всему? – открываю глаза, медленно выплывая из сладкого омута блаженства.
- Ну, сексу… И тому, что сам знаешь и умеешь… - Ой! Мальчик опять смутился и нервно заерзал.
- Боюсь, нам придется учиться вместе. Я вот, например, не умею и никогда не делал так… - поворачиваюсь лицом к Женькиному животу, приспускаю его штаны и целую головку мгновенно отреагировавшего на ласку члена.
Зайка рвано выдыхает и мертвой хваткой цепляется в мои волосы.
- А еще - я не умею делать так… - языком провожу по всей длине, наслаждаясь сбившимся дыханием и движением его бедер мне навстречу. - Ну, что, будем учиться вместе?!
