— Ах! — воскликнула Катя. — Как здорово! — и рухнула прямо в середину цветка.
Пока Атлантида занимался ее одеждой, сверху на них сыпались разноцветные лепестки. К счастью, свой костюм он успел скинуть в соседней комнате, иначе бы на нем появилось новое пятно. Катя лежала, слегка выгнув спину, подогнув одну ногу, а руку закинув за голову. Изгиб ее тела повторял изгибы лепестков-простыней. И не удивительно: глядя в огромный зеркальный потолок, можно было выбрать изысканную позу, а потом наблюдать за происходящей внизу любовной игрой.
Расправившись с тряпками, Платон скользнул вслед за красавицей в середину цветка.
— Я как будто угадала… — засмеялась она и тронула волоски у себя на лобке — они были нежно-розового оттенка.
— Да, этот тон не подошел бы к прежнему интерьеру.
Ее кожа была очень нежной, и все же — то была искусственная кожа. Все равно, что заниматься любовью в одежде.
— Сними, — попросил он.
— Нет, — последовал неожиданный отпор. И чтобы смягчить неуместное «нет», она тут же сама начала игру…
Они предавались удовольствиям Венеры в чашечке огромного цветка — и кровать раскачивалась под тяжестью их тел. А капли нектара, выделяемого кроватью-цветком, обрызгали их тела душистым дождем.
Катя красила перед зеркалом губы. Сегодня тонкий слой искусственной кожи по всему телу был чуточку смуглее. Когда она успела ящерицей сменить свою шкурку? Наверняка занималась этим в ванной — недаром плескалась там целый час. Теперь она наносила завершающие штрихи: позолоту на веки, стальные слезки на зубы — скоро макияж будет закончен. Она рассматривала себя в зеркало, упершись левой рукой в имитирующее один из сотов вертикальной гробницы трюмо и выставив аппетитную круглую попку в обтягивающих синих брючках. Она явно провоцировала своего кавалера. Но он был сегодня стоек и не поддавался на провокацию. Просто потому, что пребывать ему в номере оставалось всего пятнадцать минут — то есть времени хватит лишь на то, чтобы одеться и освободить помещение, а иначе придется платить за целые сутки. А это в планы Атлантиды не входило.
Катя вздохнула и поняла, что продолжения вчерашней ночи не будет. А она уж надеялась…
— Так ты уезжаешь сегодня? — спросила она грустным голоском, становясь в дверном проеме опять же в позу, не лишенную сексуальности. — Неужели ты не можешь задержаться на Ройке?
— Для чего? — Он слегка подтолкнул ее в спину, ибо ячейка лифта в этот миг как раз открылась напротив двери их номера.
— Можно организовать экскурсию на раскопки…
— На раскопки? Да, наверное, это очень интересно — посмотреть на чужие раскопки издалека и понаблюдать, как другие извлекают очередные произведения искусства из очередной гробницы, — скучным голосом отвечал Атлантида.
Ее настырность раздражала. Он даже целовать ее раздумал — а ведь времени, пока они спускались в лифте, хватило бы на один поцелуй.
— Мы больше никогда не увидимся, — трагичным тоном произнесла Катя и тяжко вздохнула.
Вздох был почти натуральный. Но только — почти.
— Ну почему же! Через несколько дней я прилечу на Ройк читать лекции, и тогда мы непременно встретимся.
Она так и просияла.
— Значит, ты вернешься за мной?
Атлантида вздохнул:
— Ты не так поняла: я прилечу читать лекции, и мы увидимся. Обещаю тебе ночь не хуже нынешней…
— О! — простонала Катя и закатила глаза. — А можно я пойду с тобой встречать твоего друга в медицинский центр.
— Э, нет! — спешно запротестовал Платон и даже повел из стороны в сторону тросточкой у нее перед носом.. — Нет, моя милая, так не пойдет. Наша первая встреча подошла к финалу.
— Но почему? — Она печально вздернула брови. — У меня сегодня выходной.
Одна из наспех приклеенных слезок отклеилась от зуба и прилипла к нижней губе. Платону стоило большого труда не передумать и не вернуться в номер.
— Ну, вот и отлично. Ты отдохни. А у меня навалом дел.
Катя вздохнула, но уступила неожиданно быстро.
— В музее есть номер моего сервисного браслета, — она помахала ему на прощание ладошкой и удалилась.
Несколько секунд он смотрел на ее попку, обтянутую синими брючками. Катя удалялась, слегка покачивая бедрами. Высокие золоченые туфельки, короткая широкая кофта из золотой парчи — девушка выглядела шикарно. Два молодых бездельника, сидящих в уличном кафе, проводили ее взглядами. Один даже приподнялся, но приятель дернул его за рукав, и несостоявшийся ухажер опустился в кресло.
Зря он прогнал ее. Ведь у него еще есть несколько часов…
