– Господин Сандо был бы счастлив, если бы я сблизилась с Громом, – произнесла я задумчиво и обняла себя за локти.
– Что ты сказала? – насторожился Искен. – Неужели этот мерзкий старик велел тебе?..
– Да, – я опустила голову.
Искен витиевато выругался и снова пнул пуфик. На этот раз брат отбил себе мизинец.
– Ненавижу его! Чтоб он сдох!
– Прекрати, Искен. Я не специалист по медовым ловушкам.
Брат усмехнулся и сел на пол, скрестив ноги.
– Тебе нужно скорее выйти замуж и уехать отсюда. Отец говорил, что найдет тебе жениха, чтобы ты могла покинуть Сетторию.
– Ты представляешь, чем такое открытое непослушание может обернуться для нашей семьи? Сандо всегда хочет держать меня под контролем.
– Он не устраивает как глава рода многих. Но пока приходится молчать. Внутренние распри ослабят нас еще сильнее и ни к чему хорошему не приведут.
Я подошла к брату, села рядом и положила руки ему на плечи.
– Спасибо тебе, Искен. Теперь я кое-что поняла.
Он поднял на меня удивленный взгляд.
– Что ты поняла? И что ты будешь делать, Мирай?
Я улыбнулась через силу.
– Пусть все идет так, как идет. И будет так, как должно быть.
– Ты прямо философ, – он усмехнулся невесело и дернул плечом. – Мы так устроены, Мирай. Молния кипит в нашей крови и влияет на всю нашу жизнь. Мы очень жадные до силы, удовольствий, любви. Знаешь, что еще отличает род Таари?
Я вопросительно посмотрела на Искена.
– Мы всегда добиваемся того, чего хотим. Поэтому, если захочешь, у твоего Грома не будет ни единого шанса, – уверенно заявил он.
Я опустил на стол перед Эйро стопку пергаментов. Брат с раннего утра был занят бумажной работой, а впереди еще организация праздников, будь они неладны.
– Вот, полюбуйся. Это заявки на турнир.
Эйро нахмурился и подтянул бумаги к себе.
– Так много заявок, это же прекрасно! Не понимаю, чего ты желваками играешь, Эйдан.
Я ткнул в одну из строчек.
– Вот на это полюбуйся. Нашим дорогим шиссайским дипломатам спокойно не сидится, тоже записались! И госпожа Мирай в первых рядах. Как тебе такое, а?
Каждый раз, когда я вспоминал об этой женщине, то чувствовал жар в грудной клетке. Это было очень, очень плохим признаком. Болезненным нарывом, который нужно иссечь, пока он не поразил весь организм. Я заразился, стоило ей снять свои черные боевые доспехи, открыть лицо и посмотреть мне в глаза.
Уже несколько дней я чувствовал себя отвратительно и был рад, что Молния не попадается мне на глаза. Чем она дальше, тем спокойнее. Я жалел, что высказал ей все во время нашего поединка. Словно в меня вселился демон! Под пальцами все еще горело ощущение ее упругого тела, а память будоражил аромат ее кожи.
Просто наваждение какое-то. Помешательство.
Если бы я не чувствовал, не видел этих либо неосознанных, либо слишком продуманных сигналов, было бы проще держать себя в руках. Все это точно неспроста. Молния в меру коварна и в меру жестока, не следует вестись на этот глубокий блестящий взгляд, слушать ядовитые речи.
Попался уже один раз. И ведь как хорошо все рассчитала! Своим сладким голосом заворожила так, что я чуть не пропустил удар.
Эйро поднял на меня теплый взгляд и кашлянул.
– И что? Пусть ребята разомнутся. Они ведь дипломаты, а турнир – хороший способ укрепить межкультурные связи.
– Ты это всерьез говоришь?
Да, вижу, что всерьез. Иногда мне хотелось прибить Эйро за его тугодумство и наивность.
– Во-первых, – строго начал я, нависая над столом, – у большинства из наших есть к ним кровавые счеты, ненависть к шиссаям никуда не ушла. Кто-нибудь точно потеряет голову и убьет дипломата, а то и не одного. А это новый скандал, не нужно накалять обстановку.
– Ежегодный турнир создавался не для того, чтобы показывать всевозможные способы убийств. Он позволял продемонстрировать магическое искусство, давал молодым людям стимул становиться сильнее, чтобы урвать свою порцию славы. – Брат сложил пальцы домиком у себя под подбородком. – Приняв в турнире участие, дипломаты покажут, что ничем не отличаются от нас.
– Замечательно. Пусть рискуют. – Я вытащил из чернильницы перо и зачеркнул имя госпожи Мирай. – Все, кроме нее. Хватит с меня и одного трупа. Родственники Асая Сури, который погиб по пути сюда, и так требуют компенсацию.
Эйро изогнул брови.
– Зачем ты ее вычеркнул? Разве она не доказала свою силу?
Я сунул перо обратно в чернильницу, нечаянно капнув на стол. Меня мало что могло вывести из себя, но сейчас я едва сдерживался.
– Не хочу, чтобы мои старания пошли насмарку. Я столько сил приложил, чтобы никто не узнал, что та Молния, попившая у нас немало крови и уничтожившая толпу наших магов, и госпожа Мирай – один и тот же человек.
Я отошел от стола и перевел дух.
– Она ведь обязательно что-нибудь выкинет, выдаст себя. Не упустит случая покрасоваться и продемонстрирует все свои самые узнаваемые техники!
Эйро внимательно следил за мной взглядом. Он больше не улыбался. Пальцы касались напряженных губ.
– Это все от скуки. Госпоже Мирай некуда выплеснуть энергию, вот она и творит всякие глупости, – закончил я свою эмоциональную речь.