– Ядро просто проламывает кирасу насквозь, разорвав железо и мясо, и несется дальше, словно окровавленный астероид смерти. Вот это мужское дело, Вербовщик, а фехтовать закаленными и модифицированными ножами лучше в цирке. Или в борделе.
Я оставил фрейдистский пассаж без ответа, потому что никакого ответа Шкуродёр и не ждал. Он просто наслаждался звуком собственной речи, и у меня было время с усмешкой подумать, что в борделе Рё действительно произвел бы фурор. Черные руки на белой одежде, суровый профиль, безжалостный взгляд, волосы еще эти. Девчонки такое любят – стоит только на Хайки посмотреть.
– Таблички принес? – прервал мои мысли Шкуродёр.
– Конечно. И я хотел бы знать, из-за чего вот-вот разгорится новая война банд. Что это такое?
– Слишком большое количество знаний несовместимо с жизнью, мой друг. Знания тяжелы, они рождают сомнения, вызывают алчность. Но таблички – просто коллекционные записи поэзии, а я большой ее знаток, – врал он замечательно. – Рё стоило бы отдать содержимое своего ангара человеку, который способен это оценить, но он отказался продавать. Механиндзя любят лишь железо.
Мы подошли к клетке с урчащим тигром. Крупное, холеное животное с яркими глазами и впечатляющим набором зубов мерило выделенный ему пятачок с угрожающей грацией прирожденного убийцы. Я достал из-за пазухи таблички и протянул их Шкуродёру, легко считывая намеки.
Каждый вербовщик знает, когда стоит перестать кочевряжиться или спорить о цене – и пора изобразить феодальную лояльность. Мне только было интересно, собирается ли старый надменный козел бросить меня в клетку при любом раскладе или только если глиняные таблички окажутся не тем, чего он ожидал.
Тигр зарычал и начал ходить кругами, пока его приятель в соседней клетке терзал кусок мяса. Взгляд животного прилип ко мне обещанием бесславной гибели.
– Это поразительно! – искренняя улыбка на лице Шкуродёра выглядела необычно, но он и впрямь ликовал. – Ты замечательно поработал. Я ведь не тебе одному это поручал, но механиндзя их порезали на стейк. Это наше будущее, Чиллиз.
– Наше будущее – это стейк или поэзия? – не удержался я.
Он только усмехнулся, не дав вытянуть и слова. Придя в хорошее расположение духа, мэр Хаира сделал охране знак убираться и спрятал таблички в карман хорошо отутюженных брюк. Мы оказались наедине.
– Чиллиз, у меня есть задание. Раз ты так исполнителен, было бы расточительством просто распрощаться. По городу ходят удивительные слухи, и мне нужен человек, который их проверит. Назови старика мечтательным, но говорят, искажения породили умное насекомое размером с грузовик. Это настолько противоречит физике, что я не могу выбросить эту мысль из головы, – Шкуродёр принял излюбленную позу оратора. – Восхитительная игра искажений! Моя коллекция неполна без такого экземпляра.
– Это байки, – фыркнул я. – Насекомое размером с грузовик? Бредни пьянчуг. Может, в искажениях такое и встречается, но точно не в пустошах. Это даже звучит безумно.
Врать отлично умел не только Шкуродёр.
– И все же, если ты узнаешь об этом больше, я хорошо заплачу.
– Я думал, наше сотрудничество завершено. Но я поспрашиваю. Если кто-то что-то видел, то я передам вашим людям.
Шкуродёр некоторое время понаблюдал за тиграми, задумчиво ощупывая таблички в кармане, – пожилой отец семейства, отдыхающий от дел. Я терпеливо ждал.
– Сотрудничество двух хороших людей никогда не заканчивается, Чиллиз, – наконец продолжил он. – Остаток денег тебе переведут.
Я проделал обратный путь через сад, и неведомые звери Шкуродёра рычали и подвывали мне в след, будто просили их освободить. Сладкий воздух садов поместья окатывал душистыми волнами, журчали фонтаны, сияло солнце, но на душе было черным-черно. Я ощущал себя опустошенным.
– Ну наконец-то! – Хайки выбежала мне навстречу, такая чумазая и… настоящая. – Я думала, они скрутили тебя и бросили в яму с кольями! Собиралась идти следом.
– Нет, я просто получил экскурсию в зверинец. Посмотрел на тигров.
Про намеки Шкуродёра я рассказывать не стал.
– Экс- что? – пиро прищурилась. – Видно, ты зря опасался. Выполнил задание, как всегда. Ты хоть раз лажал?
– Мелкая, ты шутишь. Это просто невозможно, у меня прирожденный талант.
Я ухмыльнулся, хотя вначале проваливал задания не раз и не два, а однажды угробил всю команду с концами.
Все любят идеально действующих героев, покупаются на яркие легенды, но в мире таких нет. Все с изъянами. Одного железобетонного громилу может вывести из себя появление паука, другой не терпит девушек в зеленых платьях, потому что они напоминают ему маму, а третьи настолько тщеславны, что рисуются даже на виселице. Теперь я худо-бедно умел собирать мозаики из наемников пустошей, но далось это не сразу. Для этого пришлось убить приличное количество людей.
В Хаире у Рё недостаточно влияния, поэтому мы вполне могли позволить себе отдохнуть и подождать развития событий.
– Пойдем в бордель? – неуверенно предложила Хайки. – Я плюшек хочу. И ванну с лепестками. И еще хочу послушать, как иш-баши поют.