Достал удостоверение, показал всем присутствующим. Потом положит в открытом виде на стол. Ксива у меня была красивая, прям красный фолиант, обтянутый кожей, с гербом СССР и надписью «КГБ Московской области». Все честь по чести — я представительный в форме на фотографии, много печатей — Иво расстарался, наделал нам у спецов 7-ки разных важных бумажек и удостоверение.
Бывший зэк слез с нар, прочитал вслух. «Лейтенант Папанов, Шестой отдел», закрыл, подвинул по столу в мою сторону.
— А чего в камуфляже, без погон?
— Разрешили на выездах — неопределенно ответил я.
— Ну, и хуй ли ты тут делаешь? — жилистый явно шел на обострение — Вот товарища майора, Кузнецова, мы знаем. А Шестой отдел? Кто такие?
— Ну раньше мы по-другому назывались. Зеленый отдел.
Тут главное ошеломить. И не отдавать инициативу.
— Как так зеленый??
— До 53-го лоб зеленкой мазали! Знаешь, скольких лично я исполнил?
Шутка зашла. Худой взбледнул, народ начал тушить бычки в банках и тарелках. Какая уже у них тут грязь! Тараканы по столу бегают…
Краем глаза заметил, что Незлобин, наблюдает за мной с помощью зеркальца. Молодцы, страхуют.
— Сидел? — спросил я у жилистого.
Тот промолчал.
— Ну ничего, какие твои годы, еще успеешь.
— На даче тоже люди — подал голос старый зэк.
— С тобой говорить буду — я повернулся к пожилому — Откуда будете?
— Местные.
— Знаю, что местные. Район какой?
— Ногинский.
— Главный кто?
Молчит зэк, не высовывается вперед. Не выдерживает жилистый, которого я игнорю.
— Ну я начальник колонны! Сажать будете?
— Сначала объясни, чего сидим и не работаем? И ружьишки отставьте!
Послушали. Курковки поставили у нар.
— Да мы хуже свиней живем! — завелся старый зэк — Везде грязь, тараканы. На вот, посмотри на простыню.
Я мельком глянул на черное полотнище на нарах. В общаге половая тряпка чище.
— Нам что обещали? Баню раз в неделю — начал загибать пальцы зэк — Трехразовое питание.
— Не кормят?
— Макароны, гречка, картошка… Картошка, гречка, макароны. Мяса нет, чая нет. На свои покупаем.
Чтобы в совхозе не было совсем мяса… Да, непорядок.
— Зарплату не платят уже два месяца…
Тут уже загудел народ.
— Что женам на новый год привезем??
— Прачку обещали! Где она?
— Напиздели!
— По 12 часов впахиваем — продолжал зэк — Дороги хуевые наши видел? Сплошное месиво, что ни день, надо трактором дергать. Самим убираться некогда, в общаге холодно. Постельное белье не меняют…
— Ждите тут — я прошел к нарам, забрал ружья — Решу ваши дела. Без кипеша!
Выйдя из комнаты, я отдал курковки Незлобину.
— Что там?
— Небось все сами слышали.
— Слышали. Хуевые дела. Еще хуже психованного из посольства. Нормальные же мужики…
— Разговорчики!
Я вышел из общаги, увидел черную Волгу возле которой тусовались Кузнецов с директором. Увидев меня, из машины полез амбал в белом полушубке. Представился третьим секретарем обкома. Но без имен и фамилий.
Махнув настоящей ксивой, я набросился на троицу:
— Почему в совхозе не соблюдается Кодекс законов о труде РСФСР?! Вы почему людей до крайности доводите??
Начальники выпали в осадок, только обкомовец попытался взвиться:
— Вас сюда зачем вызвали? Бунт подавлять? Вот и подавляйте!
— Нет никакого бунта! Только невыход на работу. Причем обоснованный, из-за скотских условий труда.
— А ружья? — удивился Кузнецов.
— Нет никаких ружей — соврал я — Показалось вам. Палки там стоят, бельевые веревки поддерживать.
— Палки значит — хмыкнул начальник райотдела, но дальше тему развивать не стал.
— Если не разберетесь по-хорошему с людьми — продолжал напирать я — Доложу лично Андропову. Ясно?
Судя по молчанию и взглядам в снег — все было ясно.
— Капитан! — крикнул я Незлобину — Сворачиваемся.
А Веня молодец! Нашел какую то рогожку, завернул туда ружья и за щитом потащил в Пазик.
Фуршет как штурм. Главное — правильно зайти. Броско, во всей красоте.
Женщинам — это не сложно. Декольте побольше, а юбку чуть повыше колена… Если у тебя красивые ноги и фигура — считай тебя все заметили.
А мужчинам? Допустим костюм мне портные 7-ки пошли классный. Не тот, что «с отливом и в Ялту», но где-то близко. Туфли тоже подобрали. Не в сапогах же идти. Галстук самой модной расцветки выдал лично Алидин. Из собственных запасов. Но все, что меня выделяло в толпе посольских работников — рост и стать. Увы. Тут были люди и покруче одетые. В смокингах, с бабочками…
— Коля, мне тут не нравится! — Яна поправила поясок на приталенном темно синем платье — в цвет глаз — На меня все пялятся.
И было на что! Черные чулки, высокая прическа, жемчужное ожерелье невиданной красоты на точеной шее. Да, я все-таки решился. Позвал Яну еще разок в ресторан Седьмое небо — где у нас собственно все и началось, сделал предложение. Что забавно, директор был уже другой, так что пришлось воспользоваться связями Алидина дабы заполучить столик. Но оно того стоило. Яна была в восторге, долго не могла ничего выговорить, рассматривая ожерелье. Потом все-таки дар речи вернулся и я услышал заветное «да!». Были слезы, объятия и даже поцелуи.
— Тебе же предупреждали! — тихо на ухо произнес я невесте — Веди себя естественно.
