– Не знаю, стоит ли рассказывать… Хотя, ты, кажется, меня понимаешь. Был у меня парень. Мы живём в одном доме. Я с ним встречалась полгода до того, как его в армию забрали. Я, вообще, никогда ни с кем не встречалась, а тут… Я даже не смотрела на него. У него такие девчонки были, – она горько вздохнула. – Когда он пригласил меня в кино, я своим ушам не поверила…
Так Артур узнал причину Лилиных бед. Когда она говорила о том, как приятель рассказывал всем, не упуская даже мелких интимных подробностей, о близости с ней, то заплакала. Некоторое время он сидел и молчал. Лиля повернулась к нему спиной и вытирала время от времени слезы.
Артур обнял её сзади за плечи, повернул к себе лицом и посмотрел в её полные слез глаза. Нет, не была она такой, как о ней говорили. Перед ним сидела испуганная, обиженная девчонка, не знавшая как выйти из создавшегося положения. Если бы в тот момент у него была возможность защитить Лилю от всех бед… Возможность была только попробовать как-то утешить.
– Перестань, не стоит он того, чтобы ты плакала, – Артур начал вытирать ей слезы, как маленькой.
– Кому я теперь нужна? – в её словах было столько горечи.
– Мне. Мне так хорошо с тобой. Я понимаю, что ты проводишь со мной время из-за того, что тебе меня жаль, но всё же…
– Тебя скоро выпишут.
– Мы сможем увидеться. Найдешь же ты хоть полчаса для приятеля по сигарете?
– Что твоя мама подумает?
– Моя мама не подумает ничего. А мои соседи находятся достаточно далеко от твоих. И потом, рано или поздно, меня положат на очередную операцию. Тогда мы снова будем с тобой почти каждый день.
– Почему ты решил, что мне жаль тебя? – Лиля внимательно посмотрела на него.
– Лилечка, кому я такой нужен? Разве что матери, – Артур старался говорить, как можно спокойнее, но голос дрогнул.
– Ты не подумай, я не набиваюсь… – она смутилась.
– Если я когда-нибудь буду ходить, мы будем вместе, – говоря это, он не кривил душой.
– Тогда ты на меня и не посмотришь, – у неё задрожали губы.
– Только бы ты на меня смотреть не перестала.
Артур привлек Лилю к себе. Она прижалась щекой к его щеке. От этого прикосновения его будто горячей волной накрыло. Несколько минут Артур ещё пытался с собой бороться, но это было безрезультатно. Он отыскал губами её губы. Лиля попробовала отстраниться и зашептала:
– Не надо, прошу тебя…
– Разве тебе плохо? – сердце рвалось из груди. Снова, как когда-то давно, не хватало воздуха.
– Вдруг кто-нибудь войдет?
– Закрой дверь.
Лиля встала, закрыла дверь и вернулась к Артуру. Несколько минут они сидели молча. Артур повернулся, снова обнял и привлёк к себе Лилю. Чтобы она не отвернулась, он положил ей руку на затылок. Она закрыла глаза и больше не пыталась уйти от его губ. Целовались они долго. О том, что будет дальше, Артур не хотел думать. Эти поцелуи были для него за последние два года верхом наслаждения. Не то, что бы он не хотел большего. Он не мог позволить себе большего. Тем более позволить себе это большее с Лилей. Он боялся поранить её хрупкую душу, боялся оскорбить её хотя бы намеком. Сдерживать себя было всё труднее и труднее, а оторваться от её губ вообще было невозможно. Стараясь удержать нервную дрожь, Артур расстегнул несколько пуговиц на Лилином халате и коснулся пальцами её груди. У неё была кожа, как самый нежный шелк.
Его желание передалось и ей. Лиля задышала чаще. Теперь она тоже отвечала на его поцелуи. Артуру казалось, что ещё несколько таких минут, и он сойдет с ума. Лиля сняла с него футболку, и он почувствовал её теплое дыхание на своей груди. Потом она прижалась к его плечу и начала целовать его.
– Лилечка, давай остановимся, – взмолился он.
– Что-то не так? – Лиля всё ещё прижималась щекой к его плечу.
– Всё так… Мне хорошо, очень хорошо… но… – Артур закусил губу. – Я не привык, когда я…
– Я попробую сама, – она поняла, о чем он хочет и не может сказать.
– Не надо… – взмолился Артур.
– Не бойся, у нас всё будет хорошо, – Лиля провела пальцами по его губам.
– Тогда хотя бы свет выключи.
Лиля выключила настольную лампу. Теперь почти ничего не было видно в падавшем с улицы слабом свете фонаря. Артур готов был умереть от стыда. Её губы касались его лица, руки ласкали его тело. Он зажмурился и боялся лишний раз вздохнуть. Он чувствовал, что Лиля тоже боится. Она начала очень медленно опускаться на него. Умения, которое приписывал её бывший дружок и соседская молва, ей явно не хватало. Артур понял, что ей больно. Он открыл глаза. На её щеке блеснула слеза, она старалась перебороть себя, но ей это удавалось с трудом. От жалости к ней у Артура даже сердце заныло. Он осторожно приподнял Лилю и тихо сказал:
– Не торопись и расслабься…
– У меня не поучается, – её голос дрожал.
– Давай я помогу тебе. Я не хочу делать тебе больно.
