Артур склони её к себе и коснулся губами её груди. Она трепетала в его руках, как пойманная птичка. Через несколько минут он почувствовал, что Лиля готова. Теперь опускаясь на него, она не чувствовала такой боли, а потом боль покинула её совсем. Артур подарил ей первое в её жизни ощущение обладания мужским телом. Уже падая в бездну наслаждения вместе с ней, Артур прошептал:
– Я тебя люблю…
– И я тебя люблю, – прижимаясь к его груди, прошептала она.
Потом, когда Лиля снова включила свет, Артур сидел и боялся взглянуть ей в глаза. Он держал её за руку, поглаживал тонкую кисть.
– Артур… – у неё дрогнул голос. – Только ты не рассказывай никому… Я понимаю, что просто тебе было…
– Глупая девчонка! – он порывисто обнял её и прижал к себе. – Ты понимаешь, что говоришь? Неужели ты думаешь, что я могу так поступить? Мне было так хорошо с тобой!
– Ты просто хочешь меня убедить в этом.
– Сейчас я хочу снова начать ходить и никогда не расставаться с тобой.
– Когда ты начнешь снова ходить, ты даже не оглянешься в мою сторону, – повторила она.
– Когда я начну ходить, мы поженимся. Просто сейчас я понимаю, что не смогу стать для тебя обузой.
– Я согласна остаться с тобой и с таким.
– Это тебе сейчас так кажется, – в его голосе появилась тоска. – Пройдет год, два, дети появятся. Какая с меня помощь? Какой из меня мужик в доме? Если только ты согласна подождать меня… Я, правда, не знаю, сколько придется ждать, но сейчас я верю в то, что я пойду.
– Я тоже верю, что ты пойдешь. Я подожду.
Вскоре Артура выписали домой. Несколько дней он терпеливо ждал, когда Лиля даст о себе знать. Телефон упрямо молчал. Артур позвонил ей сам. Дома её не оказалось – она ушла на дежурство. Тогда Артур позвонил ей на работу около десяти вечера. Обычно, к этому времени дежурная медсестра становилась немного свободней. Лилю позвали к телефону.
– Привет, – Артур старался говорить как можно беззаботнее.
– Привет, – голос Лили прозвучал несколько растеряно.
– Ты куда пропала? Обещала, что позвонишь, когда будешь свободна. Что, совсем завалили тебя делами?
– Я думала, что ты сказал это просто так, – честно призналась она.
– Ты хочешь сказать, что всё, что у нас было, тоже «просто так»? – Артуру стало нехорошо.
– Для меня – нет.
– Тогда давай считать, что ты была просто очень занята.
– Давай, – Лиля обрадовалась. – Считай, что я уже освободилась.
– Тогда приходи завтра в гости.
– Когда?
– Днем. Часика в четыре. Не поздно ещё?
– Нет. Адрес я помню, – она слегка смешалась. – Ты один дома будешь?
– Вообще-то нет. Ты хочешь, чтобы я был один?
– Ну, как тебе сказать… Если меня не сочтут навязчивой…
– Тебе будут только рады.
– Тогда жди меня около четырех. Сейчас извини, я должна бежать. Ты забыл, что сегодня операционный день был и у меня действительно дел полно. Пока.
– Пока. Целоваться будем завтра.
Артур устроился на диване в гостиной. Мать смотрела телевизор и вязала. В её пальцах быстро мелькали спицы. Не поворачиваясь, она спросила:
– Кому ты звонил, если не секрет?
– Не секрет. Ты завтра выходная?
– Да. А что?
– Гостей принимаем?
– Каких гостей? – мать улыбнулась и, оторвавшись от своего занятия, посмотрела на Артура.
– Ну, не совсем гостей. Скорее, гостью, – неожиданно Артур смутился.
– Даже так? – мать улыбнулась. – Конечно, принимаем! Сто лет гостей у нас не было. Кекс печем?
– Святое дело.
– Если не секрет, кто к нам пожалует?
– Лилю помнишь? Рыженькая такая.
– Конечно, помню. Девочка чудесно в вену попадает. И вообще, она просто душечка.
– Откуда ты знаешь? – Артур удивленно посмотрел на мать.
– Артур, я, порой, мужчинам удивляюсь. Ну, допустим, как она попадает в вену, это исключительно профессиональный взгляд на вещи. Я видела, как она колола тебя после операции. Это когда ты ещё после наркоза сонно-пьяный был. Я о другом. Я и отцу всегда об этом говорила. Мне непонятно, почему вы, все мужчины, падки на внешность? Она такая приятная, вежливая и воспитанная девочка, что я на неё налюбоваться не могла.
– Ма, если я начну ходить нормально, я на ней женюсь.
– Это уже серьёзно, – мать перестала улыбаться. – И она согласна ждать?
– Пока да. Она согласна выйти за меня замуж, даже за такого. Она действительно душечка. Ты не подумай, я не за девчонками соскучился.
– У вас что-то было?
– Какая разница, было или нет? Даже, если бы и не было. Будь бы я сейчас в порядке, я бы и дня ждать не стал. Не могу я ещё и для неё стать таким же наказанием, как для тебя, – Артур тяжело вздохнул и взял сигарету.
– Артур, ты никогда не был для меня наказанием или обузой, – с укором сказала мать. – Каждый день повторять тебе это по семь раз я не намерена. Если ты и не здоров, это ещё ничего не значит.
– Хорошо, больше не буду.
– Лучше скажи, в котором часу она придет?
– Около четырех.
– Тогда я пеку кекс, накрываю вам стол для чая, сижу с вами полчаса и исчезаю к Анне Петровне.
– Всё так, только к Анне Петровне не исчезаешь. Посиди с нами.
– Хорошо, – мать улыбнулась и взялась за спицы. – Кажется, это всё действительно очень серьезно.
