Слезы потекли беспрерывным потоком.
– Нет, нет… Как ты мог? Как же ты мог, зачем?.. Ненавижу тебя. Ненавижу.
– Пойдем, – глухо проговорил Арефьев.
И тогда она собрала все силы и бросилась бежать, не разбирая дороги, не обращая внимания ни на болтающийся во все стороны шнурок, грозивший ей падением, ни на окрики человека, которого в эту минуту действительно ненавидела.
К гостинице она вернулась спустя два часа, с трудом отыскав путь назад среди гаражей и домов низкой застройки рабочей окраины. Уже вечерело, гулкую от рыданий голову приятно холодил воздух, ползущий из оврага и смешивающийся с теплым потоком от нагретых за день бетонных стен здания, запахом пыли и дивным ароматом старой черемухи, цветущей неподалеку так щедро, что под ее белыми ризами едва угадывалась свежая листва.
Тронув рукой шершавую водосточную трубу, Лара остановилась, собираясь с мыслями и глядя, как над крыльцом загорается, мигая с нервным тиком, неоновая вывеска. Ей было тошно от осознания того, что идти больше некуда, и в любом случае нужно возвращаться к Арефьеву.
Тут ее внимание привлекло какое-то шевеление возле их припаркованного джипа. В сумерках было плохо видно, Лара, прищурившись, сделала пару шагов и различила парня, который в этот самый момент вскрыл замок и распахнул дверь. Взвыла сигнализация. Девушка бросилась вперед:
– Эй!
Парень проворно схватил с переднего сиденья сумку и бросился наутек.
Лихорадка Лариных размышлений. Бежать за ним? Звать на помощь? Сумка, сумка, что за сумка была на переднем пассажирском сиденье?..
И тут же ответ, как удар тока. Лиля. Рюкзачок.
Лиля.
Лара рванула вдогонку. Вор был всего метрах в тридцати впереди и бежал быстро и ровно, его локти равномерно ходили взад-вперед, словно все тело приготовилось к изнуряющему марафону. У него было преимущество в скорости, но Ларина мотивация явно превосходила. Злость и страх («догоню и убью, только не разбей, только не исчезни, я этого не переживу!») делали ее гончей на охоте, так что все вокруг, кроме спины ее жертвы, превратилось в пелену смазанных кадров.
Парень бежал, петляя, как заяц, ныряя в подворотни, так что Лара пару раз на полном ходу врезалась в углы домов, стараясь не упустить его из виду. Несмотря на ее усилия, на разрывающиеся, огнем горящие легкие, она не могла его нагнать. Но сдаться она тоже не могла.
Вот похититель бросился в проулок и пересек двор, окруженный трехэтажками и весь увешанный сохнущим на веревках постельным бельем. Он ловко подныривал под простыни, и Лара повторяла этот трюк, но внезапно один из пододеяльников соскользнул с веревки прямо на нее. Она беспомощно забарахталась, сдернула и отшвырнула его, не слушая хозяйского гневного вопля. Но время было упущено, она увидела, как спина парня мелькнула далеко впереди. Лара, подгоняемая ужасом того, что вот-вот потеряет его, понеслась дальше.
После этого двора начался большой пустырь, заросший полынью и тысячелистником, а за ним тянулись унылые ряды гаражей и контейнеров. Она заметила, как парень забегает в один из них, и, воодушевленная, пустилась следом. Через полминуты Лара была на месте и без лишних раздумий заскочила внутрь.
Вор не ожидал, что она настигнет его. Он уже развязывал тесемки рюкзака, желая проверить добычу, когда Лара появилась на пороге, и за ней громыхнула тяжелая железная дверь. Болтающаяся под потолком лампочка вздрогнула, и по стенам закачались тревожные желтые тени.
– Верни мне мой рюкзак, ты!
От неожиданности парень мягко, пружинно осел, отступая в тень, и этим снова напомнил зайца. В левой руке он держал рюкзак, внутрь которого так и не успел заглянуть, а правой пошарил на полке стеллажа, и в ней нехорошо блеснул ножик.
Лара быстро оценивала ситуацию, и то, что Лиля когда-то назвала эмоциональным рентгеном, заработало на полную мощь, так что голова чуть не взорвалась от напряжения и яркости. «Страх быстро рассеивается, это оттого, что я одна и выгляжу неопасно, а у него нож… Но агрессии немного». Силы и впрямь были неравны. Но уйти она все равно не могла.
– Отдай, и мы разойдемся по-хорошему. Я не хочу проблем, тебе они тоже незачем. Просто для меня рюкзак важен, а для тебя нет. Он стоит копейки, много ты за него не выручишь.
– Насколько важен? – парень сделал пару шагов вперед, встав под лампочкой.
На вид ему было не больше восемнадцати. Коренастый, с довольно спортивной фигурой – видимо, именно регулярные тренировки позволили ему так быстро убегать от нее. Леденцово блестящие, облизанные тонкие губы, лоб и щеки, густо покрытые воспаленными прыщами, кое-где в засохших кровавых корочках. Вокруг парня начинало клубиться что-то красное, с грязным опасным привкусом. Лара содрогнулась от страха и отвращения, но все же ответила:
– Очень важен.
– Ну тогда гони бабло.
– Я… у меня ничего нет, – растерялась она, с безумной надеждой шаря по карманам. – Вот…
