- Система охраны валютных ценностей страны в минувшие времена была очень строгой. Это уже потом стали возможны факты воровства золота и бриллиантов на многомиллионные суммы (одна история с Госхраном, в которой прославился проходимец Козленок, чего только стоит!), а раньше на учете находился каждый грамм драгоценного металла. Охрана была тотальной и исключала, как правило, хищения. Наоборот, очень часто правоохранительные органы проявляли излишнюю бдительность, которая оборачивалась отсутствием всякого доверия к тем, кто добывал благородный металл. Я пишу об этом, рассказывая, в какой переплет попали Савченко и его товарищи, наткнувшись в тайге на останки золотоноши.
А вот другой пример - и драматический, и одновременно смешной. Однажды председатель артели мне сказал: «Вот только что сообщили: в Пограничном районе наши чуть человека не застрелили. Разберись, комиссар, что там за катавасия». А надо сказать, что тогда мы начинали работы на новом месторождении. Места дикие - отвесные скалы, рядом все заросло камышом в рост человека, настоящие джунгли. Пробитые дороги и тропы чуть не терялись в них. В ста метрах граница. Как только высадился наш десант и начали снимать верхние слои почвы, пограничники сразу усилили к нам внимание.
Приехал на место работ: «Что случилось, рассказывайте, кого чуть не лишили жизни?». А дело выглядело так. Из зарослей со стороны границы к рабочим неожиданно вышел китаец. На ломаном русском языке объяснил, что хотел бы купить золото. Наши мужики - народ здоровый, быстро скрутили гостя и привели к начальнику участка: «Вот покупатель объявился из-за границы. Что с ним делать?». Начальник, словно не замечая задержанного и подмигнув ребятам, небрежно бросил: «Возьмите трос и повесьте вон на той осине!». Сказано - сделано. Потащили любителя золота к дереву. И тут он взмолился на чистом русском языке: «Не надо, товарищи, я свой, живу во Владивостоке!». Оказалось, что этот бурят работает в соответствующих органах (я и сейчас иногда его встречаю - его квартира тут, по соседству) и заслан на наш производственный участок с целью проверки, не воруют ли рабочие золото. «Разведчика» сдали пограничникам, а я поехал объясняться с начальством: «Что вы делаете, ведь наши люди вооружены! Эта провокация могла закончиться кровью…». Оконфузившимся силовикам ничего не оставалось, как только извиниться.
-
- В самой артели система охраны золота была годами отработана и являлась очень надежной. Ею занимался специальный ответственный работник - заместитель председателя артели по сохранности, человек очень опытный и квалифицированный, старой закалки и высоких идеалов. Можете представить: вот комиссия из трех человек сняла с промприбора суточную добычу. Она тут же направляется в доводочный цех, а затем, после обработки, устранения примесей, в так называемую кассу, в сейф. На каждом производственном участке для этих служб имелось специальное здание за забором. Везде надежные автоматические замки. Все помещения в этом хранилище золота были, можно сказать, прозрачные, не имели сплошных стен, и работа каждого на виду у других. Дело было поставлено так, что сотрудники этого здания в одиночку не могли в столовую пойти. Надежный сейф открывался только двумя ключами - один был у кассира, второй у председателя комиссии. Все операции с золотом строго документировались.
-
- Да, только мужчины. Участок-то этот был очень опасным, привлекательным для возможных «джентльменов удачи».
В общем, система была строжайшей. Помню, как-то сдавала артель 62 килограмма золота и недосчиталась трех миллиграммов. Так председатель неделю отписывался, объясняясь с разными инстанциями. Вот было ругани: очень Кузнецов не любил возиться с бумагами, а тут такая бюрократическая карусель закрутилась всего из-за трех миллиграммов (допуск на ошибку в весе составлял один миллиграмм). Просчет нашли и благополучно отчитались.
-
