– Может быть, ты не знаешь его совсем, – ответила Амира, и, что ужаснее всего, в ее голосе не было ни капли насмешки.
Несколько дней спустя у Клео наконец выдался свободный вечер. Она оставила Марджери в офисе, отправилась к себе и заперлась в своих роскошных апартаментах. Здесь никто не комментировал ее улыбки, не сравнивал их с теми, которые она расточала на прошлой неделе, и не высматривал в них какие-то отклонения, чтобы решить, что супруга султана ждет двойню.
Оставшись наедине, Клео не испытывала особого желания улыбаться, но и не собиралась поддаваться панике, которую посеяли в ней слова Амиры. Она не хотела признавать, что все вокруг были правы и она совершила ужасную ошибку.
Клео едва сдерживала слезы. Она сняла свою шикарную одежду и завернулась в шелковый халатик. Потом Клео вытащила из спальни тяжелый пуфик и с его помощью достала с самой верхней полки платяного шкафа свой потертый рюкзак.
Она крепко прижала его к себе, радуясь, что настояла, чтобы Карима убрала его, вместо того чтобы избавиться от него навсегда. Ее сердце бешено колотилось, когда она открыла молнию и начала перебирать содержимое рюкзака. Вещи, которые Клео купила в Англии, понемногу вытеснили все те, которые напоминали ей о доме и Брайане. С их помощью она чувствовала себя заправской туристкой, бесстрашной и умудренной опытом, такой, которую больше никто не одурачит.
Эту одежду Клео не надевала с тех пор, как приехала в Джурат, когда сменила одно приключение на другое, свою старую сущность на новую вместе с полностью обновленным гардеробом.
Словно она была каким-то хамелеоном, а ее теперешняя жизнь – всего лишь очередным переодеванием.
Клео поставила рюкзак в углу гардеробной, хотя знала, что его следует убрать, чтобы Карима не обнаружила, чем она тут занималась, и, вернувшись в комнату, подошла к компьютеру. Она включила скайп и, немного поколебавшись, набрала Джесси, и ее подруга тут же откликнулась.
– Как поживает моя дорогая новобрачная?
Клео хотелось поделиться с ней своими переживаниями, потому что Джесси была единственным человеком, который по-настоящему понимал ее и искренне поддерживал. Она открыла рот, но не смогла произнести ни слова. Потому что чувства к Халеду поглотили всю ее без остатка. И Клео пугало то, что она почти не знала своего мужа, но любила его слишком сильно.
В свое время она думала, что любит Брайана, но ее чувства к нему меркли по сравнению с тем, что она переживала сейчас. Может, поэтому он изменил ей. И разве могла она страдать из-за того, что благодаря предательству своего жениха оказалась в Джурате?
Клео даже не представляла, что могла не встретить Халеда.
– Иногда бывает тяжело понять, где султан, а где обычный человек, – призналась она.
Джесси пристально посмотрела на нее, словно понимала все, о чем умалчивала ее подруга.
– Послушай, – профессиональным тоном заявила она, – ты самая храбрая из всех, кого я знаю. Ты не смирилась с изменой Брайана, что сделали бы на твоем месте многие, особенно перед самой свадьбой. Ты ушла и начала путешествовать по миру. Ты вышла замуж за невероятного мужчину, который к тому же король. Нет ничего в этом мире, чего бы ты не добилась, стоит тебе только захотеть.
– Ты права, – взволнованно кивнула Клео. – Все так и есть.
Вот почему после разговора с Джесси и очередного ужина в полном одиночестве, она решила действовать. После недели в оазисе она стала слишком тихой и больше беспокоилась о том, как стать идеальной женой султана, вместо того чтобы оставаться собой.
Клео испытывала острую необходимость сделать эту жизнь, этого мужчину и этот брак своими, потому что отказывалась думать, что совершила ужасную ошибку. Ни ее родные сестры, ни Амира, ни Марджери не знали того, что происходило между Клео и Халедом. Она могла бы выйти замуж за Брайана. Все убеждали простить его, и свадьба была уже спланирована и оплачена. Было бы проще всего уступить его обещаниям и извинениям, но Клео решила по-другому.
Ей хотелось большего. Лучшего. Она мечтала о сказке, в которую никто не верил, кроме нее самой, и она нашла ее. Она нашла Халеда.
И могла побороться за него тоже.
Дождавшись, когда стемнеет, она выскользнула из своих покоев и направилась в апартаменты султана в другом крыле дворца. Клео вошла в огромную переднюю и восхищенно огляделась по сторонам. На уроках истории она узнала, что под этими высокими, украшенными мозаикой потолками прежние султаны Джурата решали вопросы государственной важности со своими самыми надежными советниками. В реальной жизни помещение было намного красивее, чем на фотографиях, и более устрашающее. Но Клео храбро миновала переднюю, открыла высоченные двери, ведущие в спальню Халеда, и прокралась внутрь.
Точнее, вошла. Клео даже подняла голову в знак того, что она по праву находится здесь. В конце концов, это ее муж и это ее брак.
Комната Халеда выглядела как и положено святая святых султана. Затаив дыхание, Клео рассматривала богатую обивку, роскошные ковры и мебель, которая определенно насчитывала несколько веков.
