Приська тяжело вздохнула. Она задумалась над последними словами дочери. Откуда они у нее? Никогда ей в голову такие мысли не приходили, не говорила она об этом, а вот недолго прослужила и все поняла своим чутким сердцем... Ох, не так, видно, там хорошо, как она расписывает... Прячется от матери со своим горем, чтобы не растравлять ей сердца... И слезы подступили к горлу Приськи, душат...
- Вы плачете? Мама! - крикнула Христя, поглядев на мать.
- Ох, только погляжу на тебя, так сами слезы и льются!..
- Так вы не верите? - спросила Христя.- Да разрази меня бог, коли я лгу! И чего бы я стала лгать, если бы мне там было плохо.
- Бог с тобой, Христя!.. Видно, видно,- утирая слезы, сказала мать.- Я не оттого плачу: сама не знаю, отчего слезы льются. Хорошо тебе там, доченька,- и отлично, а худо - я тебе ничем помочь не могу... Да что это я! Ты с дороги - есть хочешь, а я и не подумала. Давай пообедаем, а то я и сама еще ничего не ела.
Старуха вскочила и бросилась к печи.
- Не знала я, что ты приедешь. Не ждала тебя... хоть бы курочку зарезала да борща с курятинкой сварила, а то заправила салом - и все,говорила Приська, наливая в миску борща.
Сели обедать. Христя взялась за ложку... "Вот и сели мы обедать,- обед ты наш горький!" - вспомнила Христя песню. И было отчего вспомнить: от борща пар так и поднимается, а попробовала - и соли мало и навара не видно,- одни кусочки свеклы плавают сверху. Христя попробовала и сразу положила ложку.
- Невкусный, дочка?- спросила мать.- Сама знаю, что невкусный... Откуда ему вкусному-то быть? Погреб у нас неглубокий,- картошка зимой померзла, а весной - как кисель стала; насилу я полмешочка отобрала для посадки. Мяса и в заводе нет... Все больше свекла да квас; да и тех уж немного... Соли горсть осталась,- понемножку во все кладу: берегу, чтобы надольше хватило. Вот какие дела! А ты там, верно, все с мясом? Уж что-что, а вкусно поесть городские любят.
- Да, кормят хорошо,- ответила Христя.
- Ты бы хоть с кашей борща, поела, коли так не хочешь.
Христя взяла каши - и каша пропахла дымом. "Постарела мать,- подумала она.- Когда-то какую вкусную кашу варила, а теперь не доглядела, и каша дымом пропахла". Сердце у нее сжалось. Глядя на дочь, и Приська задумалась. Спасибо, Одарка пришла, выручила.
- А вы обедаете. Дай-ка, думаю, схожу хоть погляжу на Христю, какая она там.
- Черт ее не возьмет, вашу Христю! - пошутила Христя.
- Вот тебе на!.. Да зачем ты ему нужна? Дай бог, чтоб не взял. Чтобы ты поскорей отслужила да опять к нам вернулась, а то мать без тебя плачет, да и мне что-то не по себе: приду к вам - пусто, пойдем к нам - все чего-то недостает. Сойдемся с тетенькой Приськой, посидим, вспомним тебя,каково-то ей там приходится?.. А ты, Христя, вспоминала ли нас когда? Или там в городе за хлопотами про своих, деревенских, и вспомнить некогда?
- Всяко бывает,- со вздохом ответила Христя.
- Правда, дочка, правда: всяко бывает.
- Часом - с квасом, а порой - с водой? - говорит Одарка.
- Да. Чего только на свете не бывает? На то и лихо, чтоб с лихом биться! - отвечает Приська.
Разговаривали больше Одарка с Приськой, Христя слушала и молчала. Грустно было ей слушать эти горькие речи. Да неужто разговорами горю поможешь? Да неужто она приехала домой вспоминать про то, что было? Она приехала, чтобы позабыть его. Вернется, опять найдет его; никуда ведь от него не денешься. А тут как сговорились,- все об одном.
- Дома ли Горпина? Хотелось бы мне повидаться с нею,- спросила Христя, чтобы прервать разговор.
- Дома, доченька. Пообедаем, и сходи к ней, если хочешь.
- Я больше не хочу есть,- сказала Христя, вставая из-за стола и крестясь.
- Ах, какая ты,- с грустью сказала, поднимаясь, мать и стала убирать со стола.
- Я на минуточку, мама; только повидаюсь с Горпиной и вернусь. А вы, Одарка, смотрите, не уходите,- весело распорядилась Христя, собираясь уходить.
- Бог его знает, долго ли придется, посидеть Одарке,- печально сказала Одарка, когда Христя вышла из хаты.
Приська только вздохнула. Обе они обиделись, что Христя так скоро убежала. "Приехала к матери в гости,- думала Одарка,- и помчалась к чужим!"
- Что же Христя рассказывает? Хорошо, ей там или нет? - спросила, помолчав, Одарка.
- Да вот как видишь! - горько ответила Приська.- Говорит, будто хозяйка - хорошая женщина, да кто ее знает! Может, так только прикидывается: все они поначалу хороши, пока не оседлают; а как оседлали вези, не упирайся!
- Да и Карпо рассказывает. Такая, говорит, хорошая женщина, такая хорошая! И ночевать пустила во двор, и накормила, и напоила.
- Эй, девка! Девка! - донесся с улицы голос Карпа.- Куда это ты?
- Прощайте! Ухожу,- откликнулась Христя.
- Нечего сказать - хороша: бросила мать и бежать!
- Кто это? - спросила Приська, прислушиваясь.
- Карпо идет. Видно, Христю встретил.
Вскоре вошел Карпо с узелком в руках.
- Здорово в хату! - поздоровался он.
- Милости просим, Карпо!
- Вашу встретил, куда-то побежала. Рада, что вырвалась...
- Это она к Горпине. Молода... хочется сразу всех обежать,- ответила мать.
