— Лев или львица нашего народа получает потенциал первого дана магии жизни уже через полтора года после рождения. Ауру необходимой плотности львенок получает вскоре после полугода, когда совершит первое обращение, а потом еще год учится у матери сначала речи, а потом заклинаниям регенерации плоти, повышения силы, выносливости, памяти, зрения, слуха и обоняния. Таким образом, меньше чем двух лет отроду, маленький оборотень уже — полноценный маг жизни. Но лишь в человеческом облике мы можем применять магию жизни к другим существам.
Наклонившись под нависающими ветками, я миновала их и продолжила:
— Плотность ауры с возрастом практически не увеличивается, однако, ее можно повысить тренировками по исцелению себя или других живых существ. Поэтому у нас в ходу кровавая игра с жертвой, когда мы раним пойманного барана, а затем, обернувшись, исцеляем, опять калечим и так далее, пока животное не умрет от страха. У взрослого самца плотность ауры слегка повышается при каждом оплодотворении самки. Львица получает более высокую прибавку при рождении каждого котенка.
— Очень полезные сведения, — задумчиво произнес Гур. — Милый сотник, у нас появилась самодвижущаяся аптечка большой лечебной силы.
И слегка подмигнул мне.
— Замечательно, — искренне высказалась Майта и улыбнулась нам с Гуром.
Мы разбивали лагерь на большой поляне, точнее на двух, соединенных узким перешейком. Водоем был где-то неподалеку. Его пока не разыскали, но я чувствовала запах воды. Разгрузились. Гур поручил нам развернуть шатер, а сам занялся тентом для лошадей. Так как гроза придет с юга, он натянул между деревьями полотнище со встречным наклоном.
Пока мы устанавливали шатер, Майта о чем-то напряженно размышляла. Подошел Гур, я предупредила:
— Сегодня я буду спать под тентом. Пусть лошади привыкнут ко мне в львином облике. Это позволит избежать неприятных казусов в будущем.
Лицо Майты разгладилось. Гур посмотрел на нее, на меня, хмыкнул.
— Как скажешь Уайда, ты взрослая девочка.
Что он имел в виду, непонятно. Гур развернул подстилку и они с Майтой стали собирать ужин. Я завела лошадей под тент и положила перед ними три коробки с фуражом. Рядом бросила корыто и налила в него воду из бурдюка. Я сама до этого плотно не занималась лошадьми, но кое в чем осведомлена, не в лесу же обреталась до сих пор! Воздух посвежел. Поднялся легкий ветерок, приносящий запах опавшей зимней листвы.
За ужином я продолжила рассказ о себе и моем народе.
— Народ львов-оборотней состоит из двадцати кланов, объединяющих более четырехсот семей, оседло живущих в разных местах. В основном в пригорьях на редколесье, куда часто заходят горные и лесные животные. Есть еще бродячие львы-оборотни, их сто-двести, может и больше. Моя семья состоит из двух мужей, они родные братья из другого клана, и шестерых жен. Две из них — мои родные сестры, три других — наши двоюродные и троюродная сестры. Я — младшая. Такая семья у нас называется коалицией. Если же муж лишь один на несколько жен, то семья называется прайдом. У нас десять детей, из них восемь девочек. Когда дети вырастут, то мужья выгонят сыновей, а дочерей сделают женами.
— Ужасно! — воскликнула Майта. — Это же инцест.
— У нас к этому относятся спокойно, такова традиция. Моя мать стала женой новых мужей, когда те прогнали их предшественника, моего отца. Она погибла на охоте, сорвавшись со скалы.
— Ты спишь только с одним мужем или с обоими? — заинтересовалась Майта.
— С обоими. С того времени когда подросла.
— Кто из них лучше? И чем?
Гур хмыкнул, Майта погрозила ему кулачком, тот слегка расширил глаза, будто испугался.
— Оба хуже, потому что дураки. Мужья уже немолоды, и молодыми-то были ума небольшого, им лишь бы подраться, а сейчас совсем поглупели. Я поскандалила с ними, когда один из них предложил переехать жить в лес, а брат поддержал. Представляете себе подобную нелепицу?
— А что здесь плохого? — осведомился Гур.
— Львы охотятся не просто из засады, а устраивая облаву, которая гонит к ней добычу. В лесу труднее устроить надежное кольцо, чем на открытой местности. Добыча, олень или кабан, может легко прорваться сквозь облаву по глухолесью. Просто мужьям лень охотиться, вот и выдумают всякий вздор и строят невыполнимые планы.
Но Майту трудно сбить с выбранного направления:
— А в твоей коалиции жены спят с мужьями по очереди, или по нескольку жен сразу?
Кровь у нее кипит, что видно и без линзы из горного хрусталя. Опять пахнуло терпким запахом влюбленной человеческой самки.
— По нескольку жен сразу, когда муж занимается с одной из них, другие тоже ее ласкают, чтобы доставить ей хоть какое-то удовольствие.
— Даже так? То, что ласкают — хорошо. Плохо совсем другое, выходит, что мужчина, э… самец не дарит жене необходимого наслаждения?
— Увы. У нас львы небрежны в отношениях с самками. Они эгоистичны и заботятся лишь о себе. Поэтому львицы всегда держатся вместе и помогают друг другу во всем, и в охоте, и в любви, и в заботе о детях.
