Ирина, тем временем, отстаивала свой, недавно обретенный взгляд на ситуацию.
– Хорошо понимаю тебя, Аня, – продолжала она. – И все же хочу напомнить, что так сейчас живут многие, по разным причинам скрывая внутренние разногласия (порой очень нелицеприятные, и даже грязные), но при этом сохраняя внешние приличия в глазах общества.
Размазывая изумрудные полосы по тарелке, Анна вдумчиво смешивала белое мороженое с зеленым сиропом.
– Грязные – это, пожалуй, ключевое слово, – выхватила она из контекста нужный эпитет. – Как тебе объяснить…Я устала от нескончаемой лжи. Это не моя биологическая среда – я в ней чахну, – в серых глазах блеснуло непривычное выражение. – Ненавижу! Его запах, его храп и много чего еще, что присутствует в моей жизни вместе с ним!…А верхом омерзения является знаешь, что?
– Что? – заинтригованная Ирина бесшумно прикоснулась губами к тонкому фарфору чашки.
– Его помятое лицо за завтраком! – призналась Анна. – Он постарел, обрюзг – пороки не проходят даром, все отражается на внешности! А его тошнотворное пузо, выпирающее из распахнутого халата! – она передернула плечами. – К тому же, насколько я понимаю, девочки с каждым разом все моложе и моложе – они скоро достигнут возраста Оли! Мало того, что это само по себе отвратительно, но так и до педофилии недалеко…
Привлекательное лицо подруги исказила гримаса отвращения и брезгливости. Увидев это, Ирина решилась на последний аргумент.
– Но как же сама Оля? – поинтересовалась она, помня, что именно ради дочери Анна сохранила семью в свое время и придерживалась такой позиции в дальнейшем. – Как она воспримет твои резкие телодвижения? У девчонки сейчас сложный возраст!
– Да, Оле исполнилось семнадцать, но о ней-то я и беспокоюсь больше всего, – отозвалась Анна. – Знаешь, с моей стороны глупо было думать, что ребенок будет счастлив в насквозь фальшивой семье. Взрослея, она с каждым днем все больше понимает лицемерие, которым окружена! К тому же, в ее классе учится дочь одной из люськиных клиенток – не сомневаюсь, что слухи о нашем распутном папаше уже достигли ее ушей. Я боюсь, что выкрутасы Оли с внешностью – это своего рода протест против той лживой действительности, в которую я сама ее окунула…
Ирина кивала, соглашаясь с каждым словом. Вполне можно было предположить, что добрая, светлая, воспитанная в традиционных ценностях девочка, внезапно столкнувшаяся с оборотной стороной жизненной медали, теперь намеренно шокирует всех маргинальным внешним видом, а зачастую, и поступками. Ее поведение грозилось окончательно выйти из-под контроля, обернувшись для матери очередной проблемой.
– Ты не представляешь, как хочется послать все к черту и просто жить в ладу с собой! – воскликнула Анна. – Мне даже деньги его не нужны!
Устав контролировать спину, Ирина откинулась на спинку кресла.
– Вот здесь торопиться не надо, – рассудительно заметила она. – Деньги никогда не помешают – проверено на себе!
На минуту возникла пауза, в течение которой Ирину посетили воспоминания о ее собственном сложном материальном положении после кончины мужа-азартного игрока; Анна же мысленно выселяла супруга в загородный дом, оставляя квартиру в свое с дочкой распоряжение.
– Я рада, что ты пришла к этому сама, не слушая ни чьих советов, – подала голос Ирина. – В таком случае, нужно действовать! К тому же ты у меня умница и красавица, и мы в два счета тебе кого-нибудь найдем!
Между тем, за соседним столиком мужчины заключили мир, и раззадоренный «Рубильник» теперь не отрывал взгляда от Ирины. Она время от времени подливала масла в огонь его внимания, как бы невзначай многообещающе поводя плечами.
– Далеко ходить не надо, – шепнула она подруге. – Пожалуйста, рядом готовый материал – только руку протяни.
– Даже не думай, – улыбнулась Анна, ожесточенно расправляясь с руинами торта. – Не люблю носатых! К тому же, он смотрит на тебя. А еще я в курсе, что найти достойного бойфренда – целая проблема! Сама знаешь, что среди нашего с тобой окружения, как только появляется более-менее симпатичный мужик, он обязательно оказывается геем или альфонсом! Ну а старики, пускай даже с большими деньгами, меня не интересуют…
– Ну, нет, стариканы нам категорически противопоказаны, – эмоционально согласилась Ирина и внезапно застыла на месте. – Только не оборачивайся, – она схватила чашку, и, не обнаружив в ней ни капли, сделала вид, что пьет. – Мне кажется, что наш Рубильник уже готов к знакомству – вижу решимость в его орлиных глазах…
– Готов к знакомству с тобой или с твоей шикарной грудью? – потребовала уточнить Анна.
– Фи, какая грубость! – откликнулась Ирина. – А с другой стороны, какая разница, что именно его влечет? Любой мужчина поначалу хочет познакомиться с той конкретной деталью, что заинтересовала его мужское внимание, а уже потом он замечает и остальные достоинства!
– Хорошо, если замечает, – скептически произнесла Анна. – Но готова поверить тебе на слово – сама я не особенно сведуща в этих вопросах.
Возникший из ниоткуда официант держал в руках два букета алых роз.
