– Даже не знаю, здесь столько опытных охотников, – поддразнивая Кэтти, заговорил Норман.
– Но ты у нас самый лучший, мы будем держать за тебя кулачки, – Кэтти вытянула руки вперед и сжала маленькие кулачки.
– Если за меня будут переживать такие прелестные дамы, то мне ничего не остается, как только заслужить звание «царя охоты».
– Мы будет переживать, – взглянула на меня Кэтти, – ведь будем мисс Анна, правда?
Норман пристально посмотрел на меня. Я почувствовала, как от его взгляда мурашки побежали у меня по спине.
Ох и Кэтти, маленькая прилипала. Обязательно втянет в разговор.
– Конечно, будем, – улыбнувшись, сказала я.
– Мне пора ехать, уже трубят, – помахал нам рукой, Норман развернул лошадь и резво поскакал вперед.
Мы стояли на крыльце, пока всадники не скрылись из виду.
– Анна, тебя зовет к себе леди Генриэтта, – обратилась, подойдя ко мне, Донна, горничная с невероятными рыжими кудрями. В солнечном свете ее волосы стали медными.
– Какие у тебя красивые волосы, – глядя на девушку, сказала я, – ты у нас как солнышко в пасмурный день, ну а в ясный, что и говорить.
– Скажешь, прямо таки – солнце, – засмеялась Донна.
– Ладно, девочки, пойду к леди Генриэтте, – сказала я и вошла в дом.
Столько времени уже хожу по холлу, и каждый раз смотрю на один портрет. С него на меня смотрит красивая женщина в роскошном платье. Все время думаю, на кого же она похожа. Такие знакомые черты лица. В голове всплывает чей-то образ, но чей не могу понять.
Взглянув на него ещё раз, я вошла в гостиную. Леди Генриэтта стояла и давала какие-то указания Марте и миссис Розе. Не зная, входить или нет, я замерла в дверях.
– Анна, проходи, – заметив мою нерешительность, сказала герцогиня, – Роза, приготовьте нам чай, пожалуйста, я так устала за это утро, а вечером еще прием. Я люблю гостей и охоту. Раньше всегда и сама принимала активное участие, но после смерти мужа не езжу.
– Очень захватывающее зрелище, столько людей в одинаковых костюмах, прямо как парад. А дамы, какие красивые, – взволнованно проговорила я.
– Это еще что. Вот сама охота – это зрелище. На это стоит посмотреть. Ничего, устроим маленькую, так сказать, домашнюю охоту и съездим вместе. К будущему году, я думаю, ты будешь отлично держаться в седле, – в глазах герцогини вспыхнули маленькие искорки.
Что же это такое? И герцогиня туда же. Сговорились они все, что ли?! Хотя, может и хорошо, раз сама герцогиня сказала, то можно не бояться и брать уроки верховой езды.
– Что же ты замолчала? – заботливо, склонилась ко мне герцогиня, – неужели до сих пор боишься лошадей?
– Нет, уже не боюсь, – запнулась я, волна благодарности поднялась во мне, в горле запершило, – спасибо вам большое. Я очень хочу научиться ездить верхом, но боялась просить у вас разрешения.
– И чего же ты боялась, – удивилась герцогиня, – неужели я «ворчливая тиранка», – леди Генриэтта скорчила смешную рожицу и засмеялась.
Я тоже засмеялась. Было так непривычно, видеть, как она дурачится словно маленькая.
– Ну что вы, – отдышавшись, проговорила я, – просто я гувернантка, и прекрасно понимаю, что должна делать. Заниматься с вашей дочерью – вот прямая моя обязанность, и уж никак не верховая езда на лошади.
– Решено, после всей этой кутерьмы, когда гости разъедутся, и жизнь в нашем доме будет протекать как обычно, ты будешь брать уроки верховой езды вместе с Кэтти, – твердо сказала леди Генриэтта.
– Спасибо.
– Но позвала я тебя не для этого. Сегодня вечером мы устраиваем бал. Так принято. Утром – охота, вечером – большой прием, – герцогиня сделала паузу и посмотрела на меня.
– Мне Кэтти говорила, что вечером будет бал.
– Так вот. Дженифер, мою горничную, я отпустила на три дня. У нее какие-то проблемы в семье. Поэтому, я осталась без горничной. В общем, я могу без нее обойтись, но на балу горничная мне просто жизненно необходима, – герцогиня внимательно смотрела на меня, – вот я и подумала, что вечером ты можешь побыть моей горничной.
– Как я? Я никогда не была на балу, – опешила я, – я не знаю, что делать, что говорить. Нет, я не могу, – вытянув руку вперед, словно, защищаясь, сказала я.
– Не спорь. Ничего страшного тут нет. И в конце то концов, когда-то ведь тебе придется выходить в свет, и… – оборвав себя на полу фразе, герцогиня встала, – ничего не бойся. Будешь находиться рядом со мной и все, посмотришь, что такое бал. Ты образована, молода и красива. Не прячь себя, пусть тобой любуются. До вечера ты свободна, а ровно в семь зайдешь ко мне в комнату, и будем командовать парадом, – улыбнулась герцогиня и вышла из гостиной.
