Кайнетт прервал контакт с фамилиаром ученика, когда «фестрал» достиг границы барьеров неподалёку от небольшого вокзала для единственного магического экспресса. Призванное существо практически рухнуло на снег, но маг был к этому готов. Заранее применив «Укрепление», он ещё в полёте соскочил на землю и за секунды пробежал последние тридцать ярдов вдоль рельс. Сейчас было не до изящества решений и поиска обходов в сигнальных контурах: нарушение ученика засекут, но на общем фоне это не имеет значения. Хотя бы порождённая фантазией Лавгуд тварь исчезнет через минуту или полторы, всё одним вопросом меньше.
Сориентировавшись, Кайнетт развернулся на юго-восток, представил в голове расстояние до Ливерпуля, выбрал крышу одного из высотных зданий, которое видел издалека во время своих прошлых визитов в этот город. После чего запустил последний шаг мистерии и аппарировал в нужное место.
***
Маг появился на краю плоской крыши и сразу огляделся по сторонам. В Ливерпуле не было метели, только падал редкий снег, так что видимость с высоты тридцати этажей была вполне приемлемой. Сопоставив открывшуюся картину с видом на городские здания сверху, который он наблюдал глазами ворона несколько минут назад, Кайнетт сориентировался в пространстве и нашел взглядом обширный кампус Университета. Ещё одна аппарация переместила его на крышу одного из учебных корпусов, а следующая — в прикрытый магглотталкивающим барьером угол парка, где недавно дожидались штурма Шеклбот и директор. Отсюда до общежития маг добирался уже бегом, благо «Укрепление» ещё действовало на ноги.
Авроры у выбитых дверей наблюдали за его приближением настороженно и не опуская палочек, но атаковать не стали, их должен был предупредить если не Поттер, то хотя бы директор. Кайнетт проскочил в зал, не останавливаясь и не тратя оставшееся время на приветствия или разговоры. Сразу подбежал к уже намеченному участку магического круга, извлёк из-под плаща палочку и начал молча вырезать на грязном бетоне собственные глифы, которые впишутся в уже активированную схему. Прикинув направление дальнейшей работы, он крикнул:
— Поттер, отремонтируй пока взорванный пол там, где бежал этот кретин.
— Сейчас… — тот на удивление не стал спорить и задавать глупые вопросы.
—
Не отвлекаясь на благодарность, Кайнетт присел и коснулся вырезанных линий, чтобы наполнить их энергией. Когда и его рисунок начал светиться, занимая своё место в общем переплетении магических потоков, он сделал несколько шагов в сторону и стал вырезать следующую цепочку символов, вписанных в несколько геометрических фигур.
Остальные тоже не сидели без дела, что только радовало. Пока половина авроров несли дозор на случай вражеских подкреплений, оставшиеся расширили несколько проходов в стенах корпуса, превратив грубо проделанные дыры в широкие укрепленные арки. Так можно будет следить за активацией круга с дистанции, а не вжимаясь в стены рядом с сонмом тёмных духов. Директор уверенными жестами палочки возводил защиту вокруг набирающего энергию контура, которая хотя бы на время задержит подобного нематериального противника и не позволит в первые же минуты разлететься по всему кампусу в поисках живых людей.
— Поттер, следуй за мной и вливай свою магию в вырезанные глифы, — приказал Кайнетт, переходя к следующей точке круга. — И если в твоём репертуаре есть чары, которые позволяют изгонять духов, самое время освежить их в памяти.
— Что? Про чары я понял, но вот насчёт глифов… — ответил тот растерянно, переводя взгляд с Мерфи на вырезанные в бетоне символы.
— Ты же посещал наш клуб и видел, как работают с рунами и кругами. Пробовал сам, даже если Грейнджер приходилось тебя заставлять. Это то же самое. У меня сейчас не хватит энергии на всю схему, остальные заняты, а у тебя лишней магии с избытком.
— Ладно, Мерфи. Раз уж ты так учтиво попросил…
Не обращая внимания на ворчание подростка, маг продолжил работу. Волдеморт долго готовил этот круг и сил, чужих и своих, вложил в него с избытком. Требовалось куда-то отвести излишки энергии, для чего Кайнетт решил использовать контракты. Во время призыва существ такого рода магия ритуала тратилась на сам вызов твари и на её подчинение хозяину либо просто ограничение какими-то правилами ради исполнения задачи. Реддл сделал только первое. Арчибальд сейчас наспех добавлял в его схему условия и ограничения: множество, самые разные и противоречащие друг другу, вроде необходимости действовать только через час после рассвета во второй половине дня под светом осенних звёзд… Разумеется, полноценный контракт с фамилиаром куда сложнее этого, он требует взаимных гарантий, клятв, учёта множества нюансов, однако сейчас ему только и требовалось, что дестабилизировать схему, пустить ограниченный объём магической энергии на нечто бесполезное.
