Hydrargyrum полностью

Её взгляд снова пробежался по домам и остановился на ближайшем к огненной стене. Раскинув руки в стороны, на пологом скате крыши замерла Габриэль, сейчас мало напоминающая человека: из волос торчали целые пучки перьев, пальцы украшали изогнутые когти, однако она хотя бы частично контролировала чужеродное пламя перед собой, пользуясь природными силами вейлы. Рядом с ней чертил сложные фигуры палочкой профессор Флитвик, не замирая ни на секунду — очевидно именно он сотворил эти опасные чары и сейчас пытался сдерживать их от хаотичного разрушения всего вокруг. Дальше Финниган с седьмого курса раз за разом швырялся разнообразными чарами пламени в мелких кадавров, мешая им обойти проклятый огонь и прорваться на улицы. Ещё несколько волшебников следовали его примеру, концентрируясь на взрывных и огненных заклинаниях, хоть как-то работающими против этих монстров. Лёд и молнии были куда менее эффективны, чары связывания и замедления действовали на них плохо, а от несмертельных толку не было вовсе. Крупные твари не рисковали тягаться с разрушительной мистерией Флитвика, даже нежить не сумеет пройти через Адское пламя и остаться невредимой, однако как только у защитников кончатся силы или они потеряют концентрацию, волшебников и ведьм уже ничто не спасёт. «Волки» начнут просто сносить дома своим весом, как уже сделали на восточной окраине. К счастью, сопровождавших их Пожирателей, кажется, перебили ещё в первые минуты, так что никто не мог поднимать новых мертвецов, оставшихся в руинах.

— Так, мне определённо в ту сторону, — бросила Клэр. — Луна, натравливай на эту пакость внизу любых своих чудищ, тебе слова никто не скажет. Невилл, будь рядом и следи, чтобы к ней никто не подобрался…

Кайнетт отвлёкся от этой картины, когда воздух вокруг него словно загустел, поглощая дневной свет, а схема на полу вспыхнула ярче и начала втягивать внешнюю ману. Счёт пошел на секунды, хотя большую часть намеченного он завершить всё-таки успел.

— На выход! — приказал директор и уверенными шагами направился к ближайшей дыре в стене, по пути перехватив Поттера за плечо и потащив за собой. Семикурсник не успел закончить с обработкой последнего глифа, но задерживаться в круге на лишнее мгновенье было бы самоубийством. Когда все покинули зал, Дамблдор вскинул палочку и произнёс арию для активации возведённой защиты: — Обструкшн Спиритус.

Вспышка ещё не успела угаснуть, когда о полупрозрачный серебристый барьер ударилась первая тень, а воздух наполнил нечеловеческий вой, гул и шепот сотен голосов. Духов всё равно оказалось очень много, и хотя каждый был едва различим, но вместе они сливались в настоящий тёмный смерч внутри зала.

— Фианто Дури, — директор произнёс арию усиления барьера, ещё несколько авроров сделали то же самое. Остальные же принялись за изгнание.

— Сигилум.

Точно целиться сейчас не требовалось, при таком количестве кружащихся теней каждый луч заклинания находил цель. Всего одну, к сожалению, а ведь магии эти чары требовали не так уж мало. Поттер использовал что-то особенное, чары при попадании создавали облако тумана, поглощающее трёх-четырёх духов за раз (Дамблдор неодобрительно покачал головой при звуках этого заклинания, но промолчал), однако и ему тут пришлось бы возиться часами. Кайнетт поднял палочку, нашел взглядом относительно чистый участок бетона внутри барьера и начал аккуратными движениями кисти вырезать там новый небольшой круг. С расстояния пяти ярдов это было довольно тонкой работой, но маг не сомневался в своих способностях. Закончив там, он коротким движением растопил снег под ногами и повторил тот же самый круг на размокшей земле. Поднял руку над его центром, открывая цепи, и произнёс:

— Ligare duo. Conversus in calligo.

Первая часть арии связала две схемы вместе так, что вложенная энергия наполнила глифы за барьером, а вторая строка активировала всю конструкцию. Эффект напоминал взрыв мины или гранаты: круг внутри вспыхнул белым, с дюжину ближайших духов просто растаяли в воздухе, ещё столько же расшвыряло в стороны, отчего их туманная форма начала расплываться и дрожать. Теней всё ещё было очень много, но авроры стабильно сокращали их численность, а новых растративший всю вложенную и заимствованную магию круг призвать уже не мог. Главное теперь, чтобы продержались барьеры, которые каждое мгновенье вспыхивали от очередного удара изнутри, когда дюжина анку пыталась пробиться наружу, чтобы начать отнимать жизни. Смазав полустёртую схему на земле, Кайнетт вытянул энергию из рассыпавшегося в ладони припасённого накопителя и начал рисовать новую последовательность символов, уже под более мощную мистерию. Повторяя заученные действия, он вновь коснулся чужого восприятия, на этот раз использовав связь с Амандой.