Зал наград, традиционное место в школе для нелегальных дуэлей и выяснения отношений между студентами, освещали несколько неярких шаров света у потолка, и видно всех присутствующих было вполне отчетливо. А отблески от начищенных кубков, медалей и стеклянных витрин даже создавали какую-то торжественную атмосферу этой встрече. Кайнетт считал, что руководству давно следовало бы повесить в подобном месте следящий артефакт или пару «живых» портретов, но, возможно директор думал, что подобные стычки — тоже часть обучения и потому они необходимы. Малфой был в чёрной мантии, но не школьной, а ручной работы и неярко, но явно дорого украшенной серебряным шитьём. Два его подручных, имён которых Кайнетт не знал, тоже были в мантиях, но попроще. Чарльз и даже Ирвин, напротив, оделись по-маггловски, а сам Арчибальд был просто в брюках и рубашке, без свитера или мантии сверху.
— Я решил бросить вызов, — поправил маг, выходя на пару шагов вперёд. — Мои товарищи лишь проследят, чтобы всё прошло честно, мистер Малфой. Как и ваши, — добавил он, кивнув на двух рослых (для тринадцати лет) слизеринцев за спиной Драко. — К тому же, не дуэль, а поединок. Вы ничем не оскорбляли меня, чтобы мне пришлось защищать свою честь. Всего лишь хочется прояснить небольшой момент, потому ставкой будет одна просьба, обязательная к выполнению, но не способная причинить вред здоровью или унизить достоинство оппонента. Условие — только магия в качестве оружия, как и было сказано в моём письме.
— Последнее можно было и не добавлять, это и так очевидно, — пренебрежительно отозвался Малфой, махнув здоровой рукой. — Однако, как вызванная сторона, я могу вносить поправки. Если выиграю я — «просьбы» будет две.
— Справедливо, я принимаю это условие.
— Так уверен в своих силах? Или думаешь что я с тобой даже раненый не справлюсь? — поинтересовался волшебник, левой рукой немного неловко доставая палочку. Правая до сих пор была забинтована и висела на перевязи, однако он явно был уверен, что с первокурсником разберётся и так. — Кстати, я вспомнил, где видел тебя раньше. Новый ручной пёсик этой жалкой грязнокровки… Теперь даже и не грязнокровки, а их дворняги тоже, сюда уже берут всех подряд. Кто будет дальше, магглы? Может ли эта школа упасть ещё ниже? Эй, собака, это она тебя решила на меня натравить или сам спешишь выслужиться за кость? Хотите отмазать своего пропахшего навозом великана от поездки в Азкабан, не так ли, чтобы я отказался от своих слов?
«Ты задаёшь вопрос Мне? Жалкая шавка что-то спрашивает у Короля?» — поневоле Кайнетту вспомнился тот золотой Слуга, призванный семьёй Тосака, героическая душа, чьего имени он так и не узнал. Манера речи была похожа, но на фоне почти божественной харизмы и мощи того героя, расшвыривающего дюжинами сильнейшие фантазмы, словно они для него ничего не стоят, наследник Малфоев не то что терялся, он просто не существовал. Без сомнения, лорд Эль-Меллой не стерпел бы подобных оскорблений и вместо джентльменского поединка вызвал наглеца на дуэль до смерти. Магглорождённый Джеймс Мерфи пока не мог себе этого позволить, он просто ответил всё с той же вежливостью, даже с уважением в голосе. К тому же, никто, кроме него, пока не понимал, что Малфой лишь делает своё положение хуже.
