Кайнетт медленно, и вроде бы несмело зашел в не слишком большой кабинет за классом ЗОТИ. К тому же всё тут было заставлено книжными шкафами, клетками и аквариумами с мелкими тварями, а массивный стол в центре, словно занимал треть всего свободного места. Маг постоянно оглядывался по сторонам, со стороны это вполне можно было принять за любопытство. В реальности он оценивал помещение на случай, если тут придётся вести бой. Когда в воскресенье за завтраком преподаватель защиты подошел и попросил заглянуть к нему после двух часов для разговора, Арчибальд пусть и не слишком сильно, однако всё-таки насторожился. Вроде бы ничего подозрительного в этом не было – такие же просьбы он передал ещё полудюжине первокурсников Рейвенкло и Слизерина, которых застал в тот момент, да и в субботу, судя по разговорам на факультете, он со многими учениками успел хотя бы коротко обсудить недавнее происшествие. Одни говорили, Римус это делает, чтобы перед всеми не смущать тех, кто проявил трусость и попытался сбежать в общей толпе, другие – что наоборот, профессор таким образом выясняет имена смутьянов, ослушавшихся его приказа на эвакуацию и полезших в драку. По пути к его кабинету Кайнетт встретил идущую навстречу Тейлор, и судя по спокойному лицу, она после общения с Люпином не получила отработок, снятия баллов или хотя бы хорошего выговора.
Но несмотря на всю безобидность ситуации, маг не терял бдительности, хотя она и начинала граничить с лёгкой паранойей. Арчибальд знал, что во время инцидента продемонстрировал владение магией куда выше, чем остальные, и точно выше, чем положено обычному первокурснику этой школы, тем более из первого поколения. Хотя он с самого начала собирался показать всем, что талантлив, но одновременно это могло привлечь и ненужное внимание, усилить подозрения, если они у кого-то на его счёт были раньше. Да, весьма маловероятно, что в той ситуации профессор мог заметить применение магии без мистического знака, напрямую с помощью цепей, как и нетипичное использование рун, однако исключать нельзя ничего. Вплоть до попыток раскрыть «самозванца» или попытаться его захватить. Потому к преподавателю он пришел, заранее подготовившись: часы со спрятанным копьём в кармане мантии, мистический знак для призыва осколка героической души – на шее под рубашкой. Накопитель в последнем он, чтобы не привлекать внимания, использовал слабый, действия которого хватит лишь на пятнадцать секунд реального времени, но даже с крайне урезанными возможностями Слуги – и этого будет более чем достаточно, особенно в тесном помещении.
- Прошу, Джеймс, присаживайся, - Люпин гостеприимно указал на один из деревянных потемневших от времени стульев. – Я не собираюсь тебя за что-то отчитывать или снимать баллы с факультета. Просто хочу обсудить то, что случилось в пятницу.
- Как скажете, профессор, - послушно ответил Арчибальд, садясь так, чтобы при необходимости можно было легко откатиться в сторону, ни во что не врезавшись. В крайнем случае, на призыв ему понадобится пару секунд, а копьё всегда можно будет достать и позже, уже двигаясь с нечеловеческой скоростью. – Я постараюсь ответить на ваши вопросы.
- О, не надо делать такое серьёзное лицо, как будто я следователь аврората, а тебя подозревают в применении тёмной магии, - улыбнувшись, ответил профессор и присел прямо на край своего массивного стола. – Чаю, может быть?
- Благодарю вас, но обед был совсем недавно.
- Дело твоё. Хотя если ты где-то наслушался, как волшебники любят подливать в чай и кофе дурманящие зелья или сыворотку правды… Сейчас уже совсем не те времена, и подобные средневековые методы давно вышли из моды, - добродушно заметил Люпин, поняв вежливый отказ по-своему. И не то чтобы он был не прав. – Но перейдем к тому, о чем я хотел поговорить. Джеймс, можешь объяснить, почему во время недавнего происшествия ты в первую очередь применил именно те заклинания? Я бы даже сказал, комбинацию заклинаний.
После короткого расследования сражение на уроке ЗОТИ было классифицировано именно как происшествие, несчастный случай из-за ошибки почтовой службы, перепутавшей две посылки. На самом деле это так, или руководство школы просто хочет замять инцидент, во время которого дети подверглись смертельной опасности – вопрос открытый. Вряд ли родители, попечительский совет и Министерство с пониманием отнесутся к тому, что студентов учит человек, который стал целью знаменитого не разбирающегося в средствах маньяка. С другой стороны, выгнать из школы Поттера, являющегося его целью даже с большей вероятностью, пока никто не требует. Возможно, это лишь до первых убитых и раненых учеников?
