— Мне бы хотелось увидеть, как ты там всех обставишь, — честно признала Тейлор. — Честно говоря, не думаю, что этот турнир будет слишком опасным. Всё же сейчас не те времена, если кто-то всерьёз пострадает — это же будет скандал. Да даже если просто родители узнают, что ученики сидят на трибунах и смотрят, как других студентов убивают и проклинают — после такого треть просто не вернётся в школу. Меня уж точно никто не отпустит в подобное место, да и других из нормальных семей. Так что наверняка будут обычные состязания, неопасные. Что-то вроде олимпиады, только поменьше и с магией.
— А я всё же думаю, что волшебники слишком любят старые традиции, — возразила Лавгуд. — Раз в прошлых турнирах были драконы, мантикоры и акромантулы, значит и сейчас должны быть. Иначе что же это за турнир такой несерьёзный? Я не хочу, чтобы ты рисковала зря. А Гарри Поттер… наверняка, ему не дадут пострадать — помогут или остановят, всё-таки он очень важен. У тебя такой помощи не будет, потому — лучше не надо, — попросила она.
— Насчёт моего мнения, — начал Кайнетт медленно. Это был важный момент, и сейчас он мог повлиять на её решение. Тем или иным способом исполнить заключенный ранее уговор. Да, в тот раз пришлось уступить давлению, однако маг ещё не чувствовал себя проигравшим — у него оставались способы не только удовлетворить букве, но и духу договора, и при этом остаться в выигрыше. И если учителя убеждали Грейнджер присоединиться к авантюре, делая упор на дружбу и долг, он может просто сделать то же самое. Только в правильном ключе. — Знаешь, я тоже начинаю уже сомневаться, что три директора спланировали бойню для десятков своих лучших студентов. Но полностью не исключаю. Однако в отличие от прошлых турниров, тут у тебя и у остальных, в любом случае, есть огромное преимущество. В любой момент можно просто развернуться и уйти без последствий. Раз ты до сих пор чувствуешь себя обязанной этим двоим — то вместе с ними. И если директор вдруг начнет говорить о том, что в следующем испытании нужно испытать свою удачу и выбрать один стакан из пяти, притом, что в четырёх налит яд — берешь этих двоих за шиворот и утаскиваешь оттуда. Если предложит один на один сразиться с драконом — то же самое. Если всё испытание будет выглядеть как «магией перенести двадцать стульев на время» или «превратить удава в зонт» — то же самое, можно уйти, чтобы не тратить время на подобную скуку. Раз уж ты так сильно переживаешь за «друзей» — хорошо, сходи с ними на отборочный тур, проверь всё сама, а там или вытаскивай их оттуда силой, или убедись, что им ничего не угрожает, и можно дальше смотреть с трибун.
— Раньше ты был более категоричен, — справедливо заметила Грейнджер.
— Я судил по себе. Ты ведь знаешь моё отношение к «дружбе» между волшебниками, верно? Но если ты так привыкла о них заботиться — заботься, — он лишь развёл руками с обреченным видом. — Хочешь спасать — спасай. Да и в конце концов, вдруг на этом турнире действительно будет что-нибудь интересное, и тебе даже понравится?
— Ты ведь сам в это не веришь, судя по тону.
— Не верю. Но ведь и я могу ошибаться. Да и в конце концов, если кто-то так хочет увидеть тебя на этом состязании — можно и прийти, посмотреть. А оставаться уже не обязательно — ни твоя жизнь, ни твоя магия ведь не зависят от победы, не так ли? — риторически спросил маг. За время разговора его не покидало ощущение, что за ними кто-то наблюдает, но ближний поиск ничего не дал, а поддерживать замкнутый барьер достаточно большого радиуса прямо во время разговора, при этом не используя арий и мистических знаков — этого он не мог без фамильного герба. Оставалось предполагать, что следят всё-таки издалека, либо не непосредственно за ними, а за территорией в целом. В любом случае, даже если где-то на одном из ближайших деревьев сидит декан Гриффиндора в своей кошачьей форме, и слышит весь их разговор, придраться ей будет не к чему. Ведь он, в самом деле прекратил отговаривать ведьму от участия в турнире. А ей требовалось именно это.
***
Резкий порыв ветра внутри не такого уж большого класса заставил оконные стёкла задребезжать. За ним последовал луч парализующего заклинания, черные жгуты «Инкарцеро», огненный росчерк, стрелы льда и сразу несколько «Ступефаев», каждый мощнее предыдущего. Всё это разнообразие не причинило стоящему в центре комнаты Грюму ни малейшего вреда. Профессор даже не выставлял сплошной щит, который легко принял бы на себя множественные атаки, учитывая очевидную разницу в силе. Однако бывший аврор предпочитал действовать иначе.
— Обскуро, — Кайнетт использовал простое заклинание, которое материализует повязку на глазах, тут же сделал шаг в сторону. — Фульгари, — связывающие чары, ещё один шаг назад и в сторону. — Инсендио.
— Финита.
