Третьекурсник быстро проделал всё те же манипуляции: заставил пистолет самостоятельно взвести механизм, заложил пулю, прицелился немного ниже и сделал выстрел. Казалось, пространство между двумя волшебниками слегка исказилось, однако это просто вступили в действие наложенные чары. Мгновение спустя Кайнетт с удивлением рассматривал девять крупных поблескивающих «снарядов» размером с автоматную пулю, небольшим вытянутым облаком замерших в воздухе перед ним. Браслет остановил их все, но «Импедимента» была точечным заклинанием и накладывалась последовательно, а не на все цели сразу и не на область пространства. Так что последняя «пуля» зависла всего в десятке дюймов от мага.
— Помимо оружия ты заколдовал и пулю, — произнёс Росс, глядя на Керри. — «Джеминио» и «Энгорджио», верно?
— Ага. Увеличение и копирование, — с довольным видом ответил тот. — Эффект от всего одной пульки получается почти как залп картечью. Скорость, конечно, не та, но если прилетят все разом, тоже мало не покажется.
— А разве можно так объединять заклинания? — поинтересовался кто-то с младших курсов.
— Да, вполне, — ответил Аластор. — Предметы, которые скопированы с помощью «Джеминио» сохраняют действие наложенных на оригинал чар. Это кажется нечестным, но есть один нюанс. Даже у волшебников что-то не берётся из ничего, потому в предмет нужно вложить достаточно магии, чтобы не только создать его отражения, но и чтобы обеспечить действие чар на каждом из них в отдельности. Чем больше предметов и чем больше на каждом заклинаний — тем больше нужно магии, само собой. Но лучше обсудим это после. Как я понимаю, осталась ещё одна попытка.
— Спасибо, профессор, — поблагодарил Керри. Затем за пару секунд вновь проделал знакомые манипуляции, после чего быстро вскинул оружие для выстрела.
— Speculum, — почти одновременно с хлопком пистолета маг успел произнести арию заклинания.
Серебристый барьер возник перед ним, мгновенно его поверхность осветилась почти десятком белых вспышек, и затем перед магом вновь застыла всего одна «пуля», такая же маленькая, как и первая. Её копии, обычные магические проекции, рассеялись при ударе о выставленный щит. Кайнетт не хотел лишний раз рисковать, всё-таки его браслет был рассчитан скорее на одиночные атаки, а не на дюжину снарядов за раз. Хотя над этим тоже надо будет поработать в своё время. Не всегда есть возможность использовать для защиты ртуть, а с такими «подработками» на каникулах в очередной раз нарваться на выстрел дробью было бы просто обидно.
— Она должна была что-то ещё делать при попадании? — ровным тоном уточнил маг, пальцем указав на висящую пулю. Страха у него в душе уже не осталось совершенно.
— Да, там наложено обжигающее проклятье, — объяснил Керри, слегка расстроенным тоном. Он уже понял, что проиграл пари. — Несильное, но опять же, если попадёт с десяток, думаю, противника это вполне уверенно задержит, и без серьёзных травм.
— Что ж, в любом случае, я оказался прав. Пары амулетов вполне хватит, чтобы даже зачарованное оружие не представляло угрозы. Через год можешь попробовать ещё раз.
— А можно и мне поучаствовать? — спросила вдруг Грейнджер, приближаясь к ним. — Керри, не возражаешь?
— Да, всегда пожалуйста, — тот слегка растерялся, но сразу взял себя в руки. — Пуль ещё хватит.
— Просто прекрасно.
Кайнетт направился к основной группе студентов, ведьма пошла навстречу, чтобы занять его место у стены. На ходу она медленно извлекла из невидимых ножен шпагу, собираясь защищаться с помощью более мощного мистического знака. Волшебник с Рейвенкло тем временем рылся в карманах в мантии, вероятно, проверяя оставшиеся боеприпасы. Маг сомневался, что тот подготовил всего пару пуль для сегодняшнего теста. Керри ведь когда-то и взялся за эту задачу не от большой любви к магии, а чтобы создать себе оружие для защиты в неспокойном районе. Тем более, что применение подобного мистического знака не потревожит Надзор. Значит, он наверняка планирует использовать «школьный проект» и дальше, а для него нужны измененные чарами пули.
По пути Кайнетт молча ругал себя за проявленную слабость. Вряд ли кто-либо заметил его страх и колебания, но что если это случится снова? Да, он едва выжил в своё время, однако прошло уже почти четыре года, и сколько он ещё будет бояться каждого направленного пистолета? Даже игрушечного. Сто лет, сто пятьдесят? Это не путь человека, способного изменять законы окружающего мира по своему желанию. Страх, в отличие от разумной осторожности — непозволительная слабость. А слабости нужно искоренять, иначе прогресс невозможен. Может быть, для психологической адаптации, ему самому стоит приобрести себе пистолет? И доработать защиту от огнестрельного оружия, разумеется…
— Начнём, пожалуй, — тем временем Грейнджер заняла отведенное место. — Ты не против, если я сначала выставлю свою защиту, Саймон?
— Никаких проблем.
