— Я в порядке… — донёсся её слабый голос. Ведьма попыталась подняться, но рука только скользнула по льду, не выдержав вес тела.
— Сомневаюсь… — проворчал маг, оценив её бледность и расфокусированный взгляд. Оскальзываясь и нетвердо ступая, он подошел к лежащей ведьме, присел, прикладывая правую руку к шее и пытаясь использовать самое простое диагностическое заклинание. — Затылок цел, думаю, волосы смягчили удар. Дышит, даже пытается говорить, как видишь. Сотрясение мозга, лучевая и локтевая кость — закрытый перелом со смещением, ожоги и далее по списку… Ничего такого, что нельзя быстро исправить.
— Что… Что это вообще такое было? — спросил мальчишка, ни к кому не обращаясь. Руки у него отчётливо тряслись.
Кайнетт не стал отвечать, больше занятой диагностикой уже собственных повреждений. Грейнджер была не в том состоянии, чтобы прочесть одну из своих лекций. Маг считал, что если бы не сотрясение, у неё бы уже началась истерика или паническая атака. За последние несколько минут она увидела и сделала слишком много такого, к чему не была готова. Впрочем, то же самое касается и Поттера.
— Люди, убитые Реддлом и оживлённые вновь. Гарри, твои родители погибли из-за тёмного лорда, и это была трагедия, — мрачно произнёс Блэк, медленно подходя к крестнику ближе. — Мы с Римусом потеряли лучших друзей. Однако ты ведь знаешь, он убил намного, намного больше людей… Все, кто здесь, они ему даже ничем не помешали, не было никакого пророчества на их счёт. Просто этому психу понадобились… цепные псы для его маленького убежища. А для решения любой проблемы у него всегда был и будет только один способ. Убивать ещё и ещё.
— Это не только твоя и не только наша месть, — добавил Люпин, с трудом и явно болезненно вернувшийся в человеческий облик. — Всё куда серьёзнее. Сколько здесь было мертвецов? Две сотни? Три?
— Я бы сказал — четыре, с учетом химер, а то и ближе к пяти, — оценил Кайнетт профессионально.
Посмотрел на мальчишку, с ошарашенным видом оглядывающего по сторонам, на россыпи серого праха, в которые превратились сотни мертвецов. Поттер судорожно закашлялся, сгибаясь пополам. Маг спокойно перевёл взгляд на Сириуса и сказал:
— Забираем крестраж и уходим. Пофилософствовать можно будет и потом.
Сириус с беспокойством посмотрел на крестника, однако промолчал. Оценивающе глянул на воду, разделяющую обломанный после взрыва край льдины и небольшой островок, затем на свою волшебную палочку, зажатую в кулаке. Сил на то, чтобы навести переправу, у него тоже не осталось.
— Попробуй аппарировать, — предложил Кайнетт. — Когда мы пробивались внутрь. Гаэ Дирг могло разрушить и этот барьер тоже, или хотя бы повредить.
— Ты мог бы сказать и раньше, — огрызнулся волшебник. — Тогда нам и не пришлось бы сражаться.
— О, хочешь сказать, они бы дали нам целых пять секунд, чтобы дружно подержаться за руки?
Ничего не ответив, волшебник отвернулся и перевёл взгляд на остров. Через несколько секунд он уже стоял там, глядя на чашу, утопленную в постамент из чёрного камня. Маг тем временем оглядел неровное ледяное поле, покрытое серым прахом, редкие изломанные, но ещё шевелящиеся тела, блестящую в магическом свете лужу ртути и желтеющие там и тут пистолетные гильзы. Сделал пару неуверенных шагов по льду, поднял лежащую шпагу, затем откатившуюся в сторону палочку. Вернулся к так и лежащей неподвижно ведьме, лишь прикрывшей ладонью глаза от слишком яркого света. Не слишком церемонясь убрал клинок в ножны, а второй мистический знак — в уцелевший карман её плаща. Сейчас важнее было собрать возможные улики, прежде чем покинуть это место.
После чего пошел искать свой кинжал, на ходу потянулся к запястью левой неподвижно висящей руки, опустошая очередной накопитель в браслете. Рядом сквиб тоже пытался найти свой пистолет, отброшенный когда закончились патроны в последнем магазине. Поттер сидел, глядя в одну точку, опираясь ладонью на лёд и кажется совершенно не замечая холода, волшебную палочку он прижал к себе другой рукой так, что при всём желании её бы не удалось вырвать из рук. Оборотень отошел немного в сторону, пытаясь наколдовать без мистического знака хотя бы какое-то подобие мантии, чтобы прикрыть превратившуюся в обрывки одежду.
— Готово, — сказал Блэк, возникая рядом с магом. В руке он держал знакомый медальон на цепочке. — Даже слишком просто. Пара сторожевых чар и простое проклятье — сущая ерунда. Или вся защита была в мертвецах…
— Или это… — Кайнетт протянул руку к медальону. Коснулся его и прислушался к своим ощущениям. Попытался почувствовать связь с духом. — Просто кусок серебра.
— Регулус всё-таки успел его подменить? Либо расчёт на то чтобы схватить и удрать? — предположил Люпин, стоящий уже в простой черной мантии, не защищающей толком от холода. — Настоящий может быть здесь же, только спрятан куда лучше.
— Копьё бы развеяло иллюзии, — возразил маг.
— Тогда может… — Римус взглянул на островок. На каменный постамент с чашей и его отражение в успокоившейся тёмной воде. — Под ним?
