- Бейрис, Валерия, - Раймон поднял бокал и по его знаку все сделали то же самое, когда мы торжественно вплыли в дверь, - я, как отец, поздравляю вас со столь знаменательным событием в вашей жизни. Оно произошло для всех нас несколько неожиданно, я до сих пор не могу поверить в это, но, видимо, не во всех вопросах теперь положено испрашивать разрешения родителей. Ну перестань, дорогая, - похлопал он по плечу Летицию, смотрящую в свой бокал, - ты же сама уговаривала меня, что не надо все решать за своих детей. Давай-ка выпьем за них, - он чокнулся с женой и одним махом опрокинул в рот все содержимое.
Сидеть во главе стола - удовольствие сомнительное, но когда-нибудь гостям надоест рассматривать меня и они по всем законам подобных мероприятий должны обязательно нажраться в хлам. Как бы это их побыстрее накачать? Попросить выпить полные бокалы за удачу?
Летиция тоже пожелала держать речь, но у нее это получалось плохо и она постоянно скашивала взгляд на своего обожаемого сына, который смотрел на неё с постоянной улыбкой. Поначалу мне казалось, что он посмеивается над ее сбивчивыми монологами, над ее расстройством, когда разговор заходил об отъезде в Бернир, но теперь было очень хорошо заметно, что он улыбается ей ободряюще и очень тепло, а она в ответ сразу начинает сморкаться и путать слова.
- Дорогой Берри, - по бокалу постучали вилкой и голоса за столом смолкли, - я дама старой закалки и пускать слезу у тебя на плече не буду, не надейся. - Розалия победно оглядела присутствующих, а невестка поджала губы и отвернулась. - Твое решение сделать по-своему я принять не могу, мне уже не восемнадцать лет, чтобы я меняла свои привычки, как разбитые тарелки. Мое твердое убеждение состоит в том, что в род Райшеров должны входить люди, которые могут принести нам то, что послужит опорой в дальнейшей жизни, неважно, что это будет в каждом конкретном случае - деньги, власть или земельные наделы. Я не знаю, что тебе принесла Валерия, но ты смотришь с другой стороны, нежели старая больная женщина, - она кокетливо посмотрела на окружающих, ожидая заверений в обратном, что все присутствующие не замедлили сделать, перекрикивая друг друга, - во времена моей молодости подобное было бы попросту невозможно. Но сейчас другие нравы и я не могу противостоять этим веяниям, как бы мне этого не хотелось. Даже если я не права, это все равно мое мнение и я имею на него право, как и остальные, - сделала она строгий вид в сторону сидящих и многозначительно подняла палец. - Бернир не так уж плох, судя по отзывам, а у тебя еще будет время подумать о правильности твоего выбора за то время, что ты там проживешь. Одно могу сказать - ты всегда можешь вернуться в этот дом и тебе все будут рады.
- Спасибо, - Райшер подошел и поцеловал бабушке руку, - я благодарен за эти слова, но...я теперь не один и рассматривать возвращение могу только вместе с Валерией. Прошу все-таки об этом не забывать.
- Каждый из нас имеет право на свое мнение, - назидательно повторила Розалия. - Герберт, твое здоровье! Берри, дорогой, не обижайся, но ты еще молодой мужчина, а здоровье Герберта меня тревожит куда больше твоего.
- Ты всегда заботилась обо мне гораздо больше, чем я того заслуживал, - прочувствованно посмотрел на жену полковник. - Я бы мог рассказать сейчас о том, как она самоотверженно ухаживала за мной после Вестенской кампании и еще раз напомнить, что я поднялся только благодаря ее заботам, но она до сих пор считает, что я просто притворялся.
- Конечно, притворялся, - воскликнула старушка, - твоя царапина слова доброго не стоила, потому что она не мешала тебе хватать меня за подол, а я не могла сопротивляться твоему натиску! Зато днем ты закатывал глаза и делал вид, что умираешь...пока к тебе не заявлялись твои друзья с очередной бутылкой вина. Какое это было время, - мечтательно протянула она, - наш полк успевал везде, а уж когда мы заняли Кроникл, то заставили музыкантов играть прямо на центральной площади и танцевали все, даже раненые. Да, где наша музыка, Раймон? Первой парой пусть идут они, - махнула воображаемой перчаткой Розалия, - раз уж сегодня так все произошло, а мы пока посмотрим и выпьем еще по бокальчику, а затем можно и нам тряхнуть стариной. Герберт, как ты на это смотришь?
