– Но он ведь тебе так нравится, – едва сдерживая сперму в собственных яйцах, внутренней стороной коленей встречаясь с сидением кресла, не заметив, как отступил от кровати еще дальше, падая в мягкость представителя мебельного сословия, проговорил Доминант, не желая сдаваться, но прекрасно понимая, что собственная развязка не позволит терпеть дальше. – Он же лучше меня, – повторил он неосторожно произнесенные слова парня, ускоряющего движение руки и хода игрушки в растраханном отверстии.
– Блять, я совраааал, – протянул Микки, ощущая давление закипающей в мошонке спермы, способное разорвать к чертям чувствительный мешочек, и сокращение простаты, истерзанной мощными ударами головки латексного члена, закатывая глаза под веки, признавая свою ошибку. – Нет ничего лучше твоего хуя, сука! – срывая голос, громко простонал он, погружая игрушку в себя еще трижды, почти уже теряя сознание в муках вынужденного приказом Дома сдерживании оргазма.
– Может, тогда уже вернешься к нему? – наконец получив желаемое, улыбнулся Галлагер, в последний раз скользнув по собственному стволу ладонью. – Иди сюда, Мик, – сжалился он над сабом, в приглашающем присесть на его бедра жесте махнув рукой.
А другого знака Милковичу и не нужно было.
Кусая шею повернутого к нему спиной брюнета зубами, пальцами оставляя белые следы на коже его боков и бедер, Доминант громко прорычал, входя в растянутое отверстие до упора, напряженной до предела мошонкой встречаясь с дрожавшими яичками Микки. И звонко простонал, окончательно лишаясь способности соображать и чувствовать хоть что-то, помимо мощного потока наслаждения охваченного оргазмом тела, извергаясь вглубь продолжающего скакать на нем сабмиссива, чувствуя первое сокращение крепко сжимающих его член мышц и теплую сперму, выстреливающую мощной струей на его колени и пол рядом с креслом, ознаменовавшую долгожданную разрядку Милковича.
– Сукаааа, – запрокидывая голову, ощутимо вдарив затылком по лбу рыжего, проорал Микки в потолок, поднимаясь в последний раз и оседая, дрожа в накрывшем с головой оргазме, сотрясающем измученное тело крупной дрожью, и откинулся на грудь Дома, смешивая пот Галлагера со своим собственным, окончательно спаивая два обессиливших тела в единое целое. – Как же охуенно, – прохрипел брюнет, не желая даже думать о том, когда именно он успел сорвать голос, и чуть повернул голову на ключице Йена, разглядывая острый профиль своего парня, слизывая маленькую прозрачную капельку, бегущую по его щеке.
– Если ты про то, с чего мы начали… – спустя несколько минут молчания и десяток попыток восстановить дыхание, сонно пробормотал Галлагер, но недовольный тычок локтя саба под ребра заставил заткнуться:
– Завали, бля, – прорычал Милкович, чуть поерзав, все еще чувствуя в себе почти обмякший орган своего парня, но не имея сил встать, наплевав на то, что завтра рыжий будет причитать на тему очередного запачканного спермой и смазкой предмета мебели, и перевел взгляд на кровать, сосредоточив внимание на оставленном там искусственном члене.
Думая о том, что неосторожно брошенные в пылу ссоры слова иногда способны привести к очень даже приятным последствиям.
========== БОНУС №5. Я тебя… Ага ==========
ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ:
Автор лечил творческий кризис Клейном,
поэтому в этом БОНУСе литры розовых соплей
на квадратный сантиметр текста.
Странно, что они посреди главы не запели еще у меня, блять.
– Мик? – позвал Дом, закрывая входную дверь за спиной и оставляя ключи на тумбочке у входа, отмечая отсутствие браслета его парня на ней, ставшее дополнительным подтверждением к тишине, наполняющей квартиру этим вечером – Милкович еще не пришел с работы.
– Эй, коротышка, с тобой разговаривают! – проорал высокий брюнет шедшему в нескольких метрах впереди подвыпившей компании сабмиссиву, ускоряющему шаг в желании поскорее достигнуть более освещенной части квартала и избавить себя от нежелательного общества что-то орущих вслед ему Домов.
А в том, что это были Доминанты, Микки не сомневался – легкая дрожь тела от приказов остановиться или ответить им красноречиво убеждала саба в том, что, по крайней мере, двое из них носят свои браслеты на левых запястьях.
Наполняя квартиру ярким ароматом, громко шкварча и брызгая вокруг маслом, мелкие кусочки фарша подпрыгивали на раскаленной сковородке, пока Галлагер растирал мякоть помидоров в глубоком блюде, сдабривая получившуюся массу различного рода приправами и зеленью, не забыв трижды посолить томатное пюре, прекрасно зная, что Милкович за ужином все равно сделает ему замечание о недосоле.
Еще недавно розовое содержимое сковороды теряло свой яркий оттенок, постепенно превращаясь в серо-коричневую рассыпчатую труху, намекая о своей готовности кулинару, тут же поспешившему вывалить томатную пасту поверх и перемешать получившийся соус, затем накрывая крышкой и понижая напор газа до минимума, оставляя томиться на десять минут под чутким руководством таймера плитки.
