-- Не закричишь, ты меня любишь, потом сама будешь рада... А платье -- мой подарок!
Разгневанный Асеро со всех ног помчался разбираться с окончательно разошедшимся насильником, но случайно запнулся за торчавший из земли корень и растянулся. Насильник тут же осознал опасность, соскочил с девушки и замахнулся шпагой на беспомощного теперь Асеро, но Луна властно крикнула:
-- Не смей!
-- Он же нас выдаст.
-- Пусть лучше он меня выдаст, чем я ещё раз в твоих объятьях окажусь! Мерзкий противный тип! Я не позволю убить человека, который спас мне жизнь, а теперь вступился за мою честь.
-- Молчи, нас же услышат!
-- Ага, испугался! Вот что: или ты немедленно валишь отсюда, или я криком перебужу весь дом. Так что за жизнь Асеро ты заплатишь своей собственной.
-- Предательница! -- крикнул негодяй и, хлестнув девушку по щеке, бросился прочь. Через мгновение уже послышался удаляющийся топот копыт.
Плача, девушка подошла к Асеро и присела рядом.
-- Как я могла так ошибиться, я не думала, что это такой негодяй...
-- Не надо плакать, я всё слышал.
-- Всё?!
-- Да, и про то, что я якобы прятался за чужими спинами, и про рану... Поверь мне, всё неправда от первого до последнего слова. Когда Инти пригласил меня сюда, я даже не знал, что у него тут есть сёстры. Никаких планов жениться здесь у меня не было, хотя телесно я здоров и супружеские обязанности выполнять способен, -- говоря это, Асеро сел.
-- Я теперь уже и сама вижу, что все слова этого мерзавца -- ложь. А раньше я даже верила ему, думала, что Инти мог против него дело состряпать.
-- Хорошо, что всё обошлось для тебя, и для меня тоже. Было бы нелепо, пройдя невредимым сквозь всю войну, погибнуть здесь, под гостеприимным кровом друга....
-- Скажи мне, я... опозорена в твоих глазах?
-- Нет. Ты совершила ошибку, но кто их не совершает? Даже Великий Манко порой ошибался в людях, что едва не стоило ему жизни.
-- Ты ведь ещё не всё знаешь. Тогда, в лесу, я обманывала тебя, я хотела от тебя сбежать, чтобы принести записку для Пумьего Рыка в условленное место, и если бы не ягуар, сделала бы это. А на следующее утро передала записку через Звезду, за которой не следили столь внимательно.
-- Ты знаешь точно, где он прячется?
-- Нет. Я только должна была класть записку в определённое дупло.
-- Ясно. Да вряд ли он будет здесь оставаться после того, что произошло. Даже не знаю, стоит ли говорить обо всём случившемся Инти. По законам мы вроде обязаны, но... я не хочу, чтобы на твоё имя ложилась тень, -- Асеро попытался подняться, но ойкнул и поморщился от боли.
-- Что с тобой? Ты сломал себе что-то?
-- Вроде нет, -- ответил он, ощупывая ногу, -- кости целы, значит это или растяжение, или вывих.
-- Какое несчастье!
-- А может, наоборот, счастье. Останусь здесь с тобой, пока не выздоровею.
-- Но что же нам делать?
-- Да ничего. Я попытаюсь доковылять до спальни, а завтра с утра Инти скажу, что случайно проснувшись, увидел в саду подозрительную тень, попытался поймать, да ногу подвернул неудачно.
Кое-как Асеро всё-таки встал и, морщась, заковылял к дому. Луна помогла ему добраться до постели. Перед самым сном она сказала:
-- Асеро, скажи мне честно, ты готов скрыть случившееся только из благородства или почему-то ещё?
-- А к чему такой вопрос?
-- Просто это ведь преступление, которое карается законом, если это вскроется потом, то тебя отправят в ссылку.
-- А если вскроется сейчас, то отправят в ссылку тебя. И я тебя больше никогда не увижу.
-- Не может быть! Я думаю, что Инти за меня заступится.
-- Инти, конечно, тебя любит как брат, но может статься, что он окажется бессилен, если дело дойдёт до официального разбирательства. Дело ведь государственной важности, а закон у нас един для всех.
-- Что же я натворила, -- опять заплакала Луна, -- каких только глупостей не наделала из-за своей любви. Я ведь думала, что отвечаю только за себя, а не за судьбу государства...
-- Все мы за него отвечаем, так или иначе. Все мы несём ответственность не только за себя, но и за других. Иди спи, а завтра сообразим, что лучше сказать Инти.
После всех волнений Асеро долго не мог уснуть, а когда проснулся, утро уже стояло высоко, час подъёма он проспал. Над ним стоял Инти и глядел на него насмешливо:
-- Ну что, друг, в самом деле собирался меня обмануть? Помимо чужих следов, которые остались на взрыхлённой земле, я нашёл в саду вот это, -- и он показал на ладони две тряпичные розы, видимо, оторвавшиеся вчера с платья Луны. -- Созналась она мне во всём. А с твоей стороны врать в таких вещах очень опрометчиво -- пострадать можешь в первую очередь ты сам. Ведь тебя вчера могли убить, да и теперь опасность ещё не миновала.
-- Не миновала?
-- Мои люди прочёсывают местность, а кроме того, я вызвал лекаря из деревни. Ему ты своего имени не называй, хотя мне он кажется надёжным, но всё-таки на всякий случай.
-- Инти, ты ищешь растаявший снег, -- покачал головой Асеро, -- я уверен, что это мерзавец уже далеко отсюда.