-- Пока Золотой Лук ко мне интереса не проявлял, всё это для меня было лишь поводом для раздумий. Потом он закончил школу, его забрали служить, и видеть я его стала только на побывках. И тут он проявил ко мне интерес. Воспоминания о его школьных жестоких шалостях несколько потускнели, а вот слова Тапира о том, что Золотой Лук под влиянием женской любви способен измениться в лучшую сторону, крепко запали мне в душу. Я попыталась ответить на его любовь, попыталась пригреть его и изменить... В какой-то момент мне казалось, что у меня получается, но на деле он просто старался не быть жестоким при мне. Потом от Фасолевого Стебля я узнала, что в это же время тот его бил... Но тогда Золотой Лук стал требовать от меня, чтобы я ему отдалась, обещая жениться после окончания службы, а я опасалась этого, зная, что отец мой строг и может не простить мне такого. А Золотой Лук говорил мне, что если я не отдамся ему, я его недостаточно люблю... Тогда я опять обратилась за советом к Тапиру, спросив, как мне доказать свою любовь Золотому Луку, не отдаваясь ему, а он посоветовал уступить. Да, именно это сказал мне тот, кто ныне зовёт меня шлюхой! Я уже была готова отдаться ему, если бы не увидела, как Золотой Лук угрожает Фасолевому Стеблю ножом, говоря, что если тот не послушается, получит этим ножиком в низ живота и истечёт кровью... И тогда я поняла, что не могу связать с этим человеком свою судьбу, я боялась, что даже если он и женится на мне, то и меня ждёт жизнь, полная угроз. И тогда я сказала Золотому Луку, что разрываю с ним, так как всё равно не смогла его перевоспитать. Он долго меня уговаривал, говорил, что Фасолевому Стеблю надо было преподать такой урок. Я горячо спорила с ним, доказывая, что ни бить людей нельзя, ни швыряться в них камнями нельзя, ведь так и убить случайно можно, и покалечить непоправимо. От жаркого спора у меня пересохло в горле, и я закашлялась и никак не могла остановиться. Было очень обидно, что я не могу договорить из-за кашля. Мы были в лесу, и мне негде было взять воды, чтобы смочить горло. Но тут он пришёл мне на помощь, дав выпить из своей фляги на поясе. Я выпила, не обратив внимание, что у воды какой-то странный привкус. И почти сразу ослабела, успев испугаться, что из-за неожиданной дурноты не смогу дойти до дому, а потом, кажется, потеряла сознание. Да, я совершила оплошность, каюсь, но я не думала, что это может быть опасным. Я знала о ядах, приводящих к смерти, но не знала, что есть яды, приводящие ко сну. Когда я очнулась, Золотой Лук лежал на мне, и я... я почти сразу поняла, что случилось. После этого я сказала ему, что всё равно не хочу становиться его женой, что лучше позор, чем стать женой такого подлеца! Он сказал, что чужой женой мне тоже не бывать: как только муж в первую же ночь откроет, что я не девушка, так не простит мне этого. Я сказала, что лучше останусь без мужа на всю жизнь, чем свяжусь с ним. Смыв следы насилия, я решила скрыть случившееся от отца, а так как мне трудно было сдержать слёзы, то я предпочитала выплакиваться вдали от дома. Там я случайно встретила Фасолевого Стебля, мы рассказали друг другу о наших бедах и решили бежать. С Фасолевым Стеблем я поняла, что меня Тапир просто обманывал, ведь Фасолевый Стебель был одинок, его никто не любил, ему очень плохо пришлось под властью Тапира, но жестоким и злым он не стал. С ним я могла быть спокойна, что он не совершит ничего плохого по отношению ко мне, ему я могла доверять. Но потом случилось то роковое событие. Нас выследили в лесу, это были Золотой Лук, Тукан и Большой Камень. Фасолевый Стебель хотел принять удар на себя и крикнул, чтобы я бежала, а о нём не думала. Бока ему намнут, но убить едва ли решатся. Я было убежала, но мне наперерез бросился Тапир и прижал меня к земле, сказав, что я не должна сбегать, потому что я шлюха, изменила Золотому Луку и должна быть за это наказана. Тукан и Большой Камень подбежали и схватили меня, с меня сорвали одежду, и тут Золотой Лук мог делать со мной всё, что вздумается... -- Девушка закрыла глаза руками от стыда. -- А Тапир говорил, что такое наказание для меня справедливо. Потом, когда всё было кончено, нас с Фасолевым Стеблем оставили в лесу одних, и мы кое-как доползли до дому. А когда я вернулась к отцу, он уже услышал от Тапира, что я шлюха, соблазнила Золотого Лука, а потом изменила ему, и за это поплатилась, а мои объяснения слушать не хотел. Потому он запретил мне покидать двор и высек нагой на огороде. Мой отец, будучи лекарем, знал, что шрамы останутся на всю жизнь, и считал меня отныне своим позором, который никто не должен видеть. Не жизнь мне здесь, а мучение. Государь, я знаю, ты не обманешь, ты ведь поможешь нам с Фасолевым Стеблем бежать отсюда и зажить по-человечески!