Он развалился на диване, в столовой. Закрыл глаза, и вызвал Ксюшу. Несколько минут разъяснял ей суть вопроса, потом просто лежал и ждал, что ответит она, переговорив с Владом. Минут через пятнадцать-двадцать Ксения вызвала его и сказала, чтобы Пригарина пока не трогать, прокурора поощрить за бдительность, материально, конечно, а с Барина взять ровно половину. Ксения добавила, что «сподвижников» по делам наркотиков, триста килограмм не беспокоят, вопрос с конкуренцией между пригаринскими и своими они возьмут на себя и решат полюбовно. Пусть побалуется, но впредь, не в свое дело не лезет. Предупреди категорически!.. «Ты не скучаешь по мне?» – спросила в конце разговора Ксюша. «Я увлечен другой!» – шутливо оборвал телепатическую беседу Леонидович. Потом позвонил Пригарину.
– Кирилл, ничего мне объяснять не надо, – начал Стас. -Делай свое дело, половина моя. Я все знаю. Триста килограммов. Состав, как только пересечет границу, перетряхни. Товар отправляй в город другими путями, а рефрижераторы, как шли на базу, так пусть и идут. Их здесь будет досматривать ФСКН, досконально, но, даже запаха не должны найти!
– Ты уже говорил с Гончариком? – удивился Барин.
– Нет. Мои службы все проверили, уточнили, уладили с конкурентами внутри города, – веско говорил Столяров. – Только больше – никакой самодеятельности! Кирилл, слышишь? Это серьезно! А то и твоя голова может полететь.
– Хорошо, Стас! Обещаю! – голос Пригарина расслабился. Он уже ничему не удивлялся, что делал Столяров. Быстро и безошибочно. – Что с прокурором делать будем?
– Ты его обнимешь на Балу, расцелуешь, и расскажешь о своей теплой к нему любви, – в свою очередь усмехнулся Стас.
– Шутишь? – недоумевал Пригарин.
– Ничуть! Так и сделай, пускай голову ломает.
– Но ведь он хотел меня ликвидировать, убрать с дороги, пожизненно?!
– Вот, потому и поиграй с ним в альтруизм! Я сам с ним поработаю. Пока! До встречи на Новогоднем празднике!
– Счастливо! – совершенно сбитый с толку, проговорил Кирилл Иванович.
Столяров позвонил Светлане. Она уже, конечно, была на ногах и, как показалось Стасу, очень обрадовалась его звонку. Пока они болтали, кто кем вырядится на праздник, сердце несгибаемого и могущественного мультимиллионера стучало как у кролика. Договорились, что Столяров зайдет за ними в половину десятого. В конце разговора, как бы невзначай, Стас произнес, чуть слышно: «целую»!
– И я тебя целую! – совершенно отчетливо сказала Света.
Темп сердцебиения Столярова достиг почти запредельного напряжения. Когда Светлана отключилась, он машинально поцеловал свой телефон! Все! Его мысли были опять заняты только этой неземной девушкой!
Стас надел джинсы с футболкой, велюровый пиджак, обмотал шею длинным шарфом, сунул ноги в кроссовки, накинул дубленку и вышел на улицу.
Стояла чудесная, с ярким зимним солнцем, морозная и тихая погода.
Машина послушно выкатила на трассу и понесла хозяина к ресторану. Девушка Столярова не выходила из головы. Он видел ее, то одетой в вечернее платье, то в джинсы с толстым свитером, то в легком сарафане. По дороге к ресторану, он не удержался, и заехал в ювелирный салон. Там Столяров выбрал недорогой, по его понятиям, гарнитур из золотой цепочки с камушком в изящном ободке, колье, сережек и колечка с голубыми сапфирами, который, с улыбкой, упаковала ему девушка-продавщица, поздравив с «наступающим». Столяров ответил ей взаимным пожеланием.
Около магазинов сновали люди, кто озабоченно, кто с хорошим настроением; заходили внутрь, выходили, увешанные сумками с новогодними покупками. Дети капризничали и требовали от родителей «и то, и другое, и третье». Столяров улыбнулся этой предновогодней суете, стоя на светофоре. Ему казалось, что за последние несколько месяцев, он впервые обратил внимание, что вокруг него существуют простые мужчины и женщины, без всяких дурных замыслов в головах. Вот сейчас они придут по своим квартирам, станут напряженно и весело готовиться к встрече Нового года, любимого праздника, не сравнимого даже с собственным днем рождения. Потому что день рождения празднуют сами виновники, их друзья и близкие, а Новый год – он в общегосударственном масштабе! Светлый русский праздник!
Загорелся «зеленый», машины продолжили свой путь, кто куда.
Столяров оставил «фолькс» у подъезда, передал ключи зажигания охраннику.
– Далеко не загоняй, я в половину пятого уеду, – распорядился он.
– Слушаюсь, Станислав Константинович! Поставлю в первый ряд.
