– Хорошо! Жду тебя в девять тридцать! Не опоздаешь? – с иронией в голосе спросила она.
– Нет, ровно в половине десятого – постучусь в дверь! – Надеюсь! Пока! Целую!
Светлана отключилась. Столяров скинул дубленку, шарф, бросил вещи на стол. Коробочку с гарнитуром поставил рядом.
Что же надеть на праздник? Строгий костюм? Банально! Маскарадный, Деда Мороза? Еще смешнее! А, может, так и пойти, в джинсах, рубашке без галстука и легком велюровом пиджаке? Ну, косынку ковбойскую повязать… И полуботинки с длинными носами, с маленькими шпорами. Ну, ковбой! Тогда и шляпу надо! И кольт на бедро… Да! Остановимся на туфлях, джинсах, голубой рубашке с вольно повязанным галстуком, и светло-бежевом пиджаке. Все!
Столяров прошел в гардероб, подобрал одежду, чтобы после не торопиться.
Позвонил Барину, рассказал о встрече с Гончариком, «обрадовал» того, что придется расстаться с парой сотен тысяч «зеленых». А если уважаемый Кирилл Иванович считает его, Станислава Константиновича партнером и другом, то согласится, что Столяров отделался сотней тысяч, тех же североамериканских денег, в пользу прокурора.
– А ты-то за что ему отстегиваешь? – удивился Пригарин.
– Тебе помогаю, чтоб не обидно было!
– Так я, вроде, сам тебя подвел, скрысятничал как бы? – продолжал удивляться Пригарин.
– Я, Кирилл, борец за идею, за альтруизм, – объяснил Стас. – А половину от реализации все равно мне отдашь, вот и вся арифметика. А тебе, как бы и не так обидно, правда?
– Эх! Психолог ты, Стас, отменный! – вздохнул Пригарин, и, правда, на душе стало легче. – Замочить бы этого прокурора, да нельзя – есть польза от него!
– Ну, до встречи на Балу! – попрощался Столяров. – Пока!
Стас двинул в комнату отдыха, налил себе немного красного вина, и сел в кресло. Тихо включил музыку. Он вспомнил Ксению, ее музыкальные подарки, вспомнил восторженное чувство своего омоложения, первые результаты. Воспоминания о женщинах, подаривших ему чувство уверенности в себе, обретение новой мужской силы, безотказности, ублажали сейчас его состояние.
Но вот, опять в уме вспыхнул образ Светланы, и все прошлое как рукой стерло. Жгучее, непостижимое и пьянящее чувство овладело вдруг им. Столярову стало казаться, что никого в мире подлунном он так не вожделеет, как свою «девушку», Светланку! Которая рядом, и так далека от его порочной сущности! Нет! Он не представлял себе картин, как они ложатся в постель, ласкают друг друга, обнимаются. Нет! В сознание его раскаленным гвоздем впилась мысль, что больше ни одна женщина в мире, никогда, не сможет зажечь в нем костер, даже искру, желания обладать кем-то иным, кроме Светланы! Это было удивительно приятно, и ужасающе страшно, с другой стороны! Если они не будут вместе никогда? Если Света отвергнет его, по какой-либо причине?.. Даже думать об этом Столярову было страшно!
Он поставил недопитое вино на столик, встал с кресла, закурил, и принялся бродить из комнаты в кабинет и обратно. Чувство тревоги не покидало его ни на секунду. Стас вновь и вновь вспоминал их нечаянное знакомство, позавчерашний день, каждое ее слово, каждое движение! А как чудно было вчера, в лесу!
Чтобы как-то отвлечься от навязчивых мыслей, Столяров пошел по отелю, проверить готовность номеров и служб. Опять мелькнула мысль: а вдруг встречу Светлану?
Он спустился вниз, подошел к стойке администраторов.
Никак он не мог привыкнуть к новомодному заимствованию, английскому «рисепшн», да и не желал. Пусть останется «самолет», а не «лайнер», «продавец», а не «менеджер». Все-таки ему не сорок, а далеко за шестьдесят. Александра Исаевича он прочел почти полностью, глубоко уважал и понимал. Особо его раздражали всевозможные «мерчендайзеры», «толерантность» и «риелторы».
– Добрый вечер, как с посетителями? – спросил Столяров у девушки, с именем Алла на «бейджике». Опять иностранное словцо! Тут уж ничего не поделаешь, с «бейджиком»! Слово «визитка» сюда не подойдет.
– Один свободный «люкс», все остальные престижные номера заняты, – доложила Алла. – Есть несколько свободных мест в простых, двух– и четырехместных номерах. В общем, загрузка почти полная, Станислав Константинович.
– Хорошо, – согласился Столяров, и пошел к бару.
Те самые, два парня-бармены, ублажали посетителей своим искусством смешивания коктейлей. Они как бы соревновались друг с другом, с улыбками на лицах, без сосредоточенности. Видно было, что это шоу отработано у парней до мелочей. Посетители бара заказывали коктейли, после такого зрелища, с удовольствием!
Столяров кивнул ребятам, те подмигнули ему в ответ, на что Стас только улыбнулся.
Ну, что еще оставалось ему делать? Для виду Столяров прошелся в прачечную, комнату лифтеров, мастерскую, камеру хранения. Везде стоял образцовый порядок. Леонидович был лоялен к своему персоналу, и редчайшие увольнения обусловливали только вопиющие нарушения дисциплины или техники безопасности.
