– Нет, – ответила Гермиона, вспоминая чем кончился ее танец с Тео.
Она грустно воззрилась в окно, различая силуэты павлинов, горделиво шагающих по изумрудной траве. Белые, точно снег, странные птицы. Иногда они распушают свои красивые пушистые хвосты и носятся во все стороны, распугивая всякую другую живность. Наблюдать за внешним миром – одно из немногих развлечений грязнокровки, запертой в этой проклятой комнате. Иногда это успокаивало даже лучше, чем хорошая книга. Но теперь, когда она может бродить по поместью, Гермиона сможет найти развлечение поинтересней.
– А как ты думаешь… Кто-нибудь пригласит меня на танец? – спросила Джеки, застенчиво глядя в пол.
Теперь свет улыбки показался на лице Гермионы. Ее безумно забавляли мысли, эмоции этой малышки. Ее страхи так абсурдны, так глупы… Гриффиндорка считала Джеки очень красивой. Веснушки совершенно не портили ее прекрасное нежное личико. Огромные зеленые глаза похожи на два бескрайних лесных луга, волосы цвета пшеницы, эти длинные ноги… Но, смотря в зеркало, сама Джеки видит лишь курносый носик как у свинки, мерзкие пигментные пятна на носу и щеках, кривые, слишком длинные ноги и неопрятные кудри…
– Думаю, что это будет Теодор, – сказала Гермиона, продолжая улыбаться.
В изумрудных глазах Джеки отражалась неописуемая радость. Она немного смутилась от того, что Гермиона так легко раскусила ее «тайну», но безумно обрадовалась, услышав, что Тео может пригласить ее на танец, может приобнять ее за тонкую талию и закружить девушку…. «Нужно попрактиковаться! Обязательно нужно!», – подумала пуффендуйка, поднимаясь со стула.
Солнечный лучик, отраженный серебряным бубенчиком на ошейнике девушки, скользил по стенам, двигаясь вместе с Джеки. Она вдруг вспомнила, что оставила в кладовой светильник, а ведь это очень опасно… К тому же, кто знает, что там хранится? Может быть, оно боится света или тепла? Драко же Пожиратель Смерти, и он может хранить в кладовой что-то мерзкое, незаконное.
– Позови, пожалуйста, домовиху. Пусть вернет меня в кладовку. Я закончу уборку, отнесу обратно фонарь и вернусь к тебе, хорошо? Не хочу гневить хозяина… – пролепетала Джеки, широко улыбаясь.
Гермиона кивнула и хлопнула в ладоши. Появление эльфийки не заставило себя ждать. Она презрительно посмотрела на двух грязнокровок и нехотя дотронулась до руки Джеки, отправляя ее обратно в кладовую. Сырость и мрак вновь накрыли пуффендуйку с головой. Она открыла рот, собираясь поговорить с угрюмой эльфийкой, но той уже не было на месте. Она трансгрессировала прочь, оставив грязнокровку наедине со старыми фотографиями давно убитых людей.
Яркий огонек, горевший в старом светильнике Рона, затрепыхал. Наверное, где-то сквозняк. Но тут же совсем нет окон… Отправляя малышку на уборку, ей точно разъяснили – любое внешнее воздействие на ингредиенты может оказаться для них губительным. «Некоторые из них стоят гораздо дороже, чем ты», – сказал старый ворчливый Рон, вручая ей тряпку.
Дверь в чуланчик скрипнула и Джеки поняла, что просто забыла ее закрыть. Она подбежала к двери, споткнувшись о какой-то корень, что слетел с полок. Девушка цокнула языком, хватаясь за лодыжку… Внезапно, Джеки замерла. Ей показалось, что там, за дверью кто-то… простонал. Она явно слышала стон, полный боли. Девушка потянулась к светильнику, и, взяв его в руки, неслышно приоткрыла деревянную дверь. Перед ней оказалась лишь старая лестница. Холодная и мрачная… Не могут же ступени ее стонать от боли?
– Уф… – отчетливый вздох послышался где-то внизу.
В горле внезапно пересохло. Нет, Джеки не боялась встретиться с привидением или боггартом. «Наверное, какая-нибудь птичка залетела в подвал. Может быть, это голодный енот? Здесь вообще водятся еноты или крысы?» – размышляла Джеки, оглядывая лестницу, ведущую куда-то далеко вниз, в кромешную темноту мрачного подвала.
Девушка уже успела упрекнуть себя в невнимательности. «Наверняка енот забрался туда потому, что ты не закрыла за собой дверь. Нужно спуститься и посмотреть что там. Вдруг крысы пожрут что-то в кладовой? Придется отрабатывать так… Как не очень прилично…», – думала Джеки, собирая все свое мужество в кулак.
Дверь противно скрипнула, пропуская Джеки вперед, закрываясь за ней. По лестнице действительно гулял сильный холодный ветер. Пуффендуйка плотнее закрыла дверь в кладовую, и, убедившись, что сзади никого нет, осторожно побрела вниз, держа перед собой фонарик на вытянутой руке. Огонь продолжал свой безумный танец, гонимый легкими порывами холодного ветра. Тени перемешались по стенам, нагоняя на беспомощную Джеки ужас.
«Крыса. Это просто крыса. Запуталась в старых веревках и не может выбраться», – уверяла себя пуффендуйка, делая очередной шаг на нижнюю ступеньку. До ее слуха вновь донесся вздох полный боли. Показалось, что существо, что сидит там внизу – выругалось. Крысы так не умеют, нет, крысы не разговаривают…
