– Стынут ноги в сырой земле… – пробормотала я.
Услышавший это Альгидрас вдруг коснулся моей руки и, на миг перехватив ладонь, сильно сжал. Я вздрогнула и обернулась к нему, но он не смотрел в мою сторону.
– Рыть надобно? – в никуда спросил Миролюб.
Я удивилась тому, что все мужчины словно отключились от ожесточенного лая, решая насущные проблемы. У меня же голова гудела точно колокол.
– Вот бы они замолчали, – сквозь зубы выдавила я, понимая, что все равно не буду никем услышана.
Однако спустя несколько секунд лай перешел в глухое ворчание, а потом и вовсе прекратился. Рван у стены успокоился и припал на передние лапы, словно ожидая чего-то. Его хвост ходил ходуном. Я потрясенно посмотрела на Радима. Тот выглядел озадаченным. Ну не моя же просьба так повлияла, в самом деле?!
Алвар потер ладони и расплылся в счастливой улыбке:
– Она слышит.
Миролюб, забывшись, схватил Алвара за плечо и тряхнул:
– Поясни!
Я успела испугаться, что сейчас что-нибудь где-нибудь вспыхнет, но Алвар, не пытаясь высвободиться, пояснил:
– Краса хотела тишины, и я попросил.
– Деву? – неверяще выдохнула я.
Алвар кивнул и снова улыбнулся:
– Она услышала. И сделала так, как я прошу.
В эту минуту он выглядел абсолютно счастливым человеком. Альгидрас покачал головой и, присев на корточки, провел ладонью по влажному песку. Потом переместился чуть ближе к забору и снова провел рукой. Алвар что-то сказал по-кварски, и Альгидрас, вытянув руку над песком, закрыл глаза. Я постаралась выкинуть все мысли из головы и четко пожелала почувствовать его эмоции. Это вдруг оказалось очень просто. В груди Альгидраса тоже дрожали струны, а руке было тепло. А еще ему было страшно, и он злился.
– Здесь дверь, – наконец произнес он. – Была. Сейчас она…
Миролюб опустился на корточки рядом и положил ладонь на песок.
– Радим! – напряженно позвал он. – Положи сюда руку.
Радим нехотя подошел и, тоже присев на корточки, вытянул руку, касаясь ею песка. Его ладонь была почти как две руки Альгидраса.
– Что? – наконец спросил Радим, не выдержав напряженного взгляда Миролюба.
– Ты это чуешь? – прошептал тот.
Радим нахмурился и устало произнес:
– Я чую только то, что вы все не в уме. Я не знаю, отчего успокоились псы. Но перед богами клянусь, коль не найдем тут вашу девку, всех посажу в кандалы. И на него управу найду, – мотнул он головой в сторону стоявшего рядом со мной Алвара.
Миролюб, сощурившись, некоторое время смотрел на Радима. Тот не отводил взгляда. Их ладони лежали на земле в паре сантиметров друг от друга.
– Ты вправду не чуешь ничего? – наконец спросил Миролюб.
Радим возвел глаза к небу и что-то пробормотал.
– Ответь! – потребовал княжич.
– Нет, Миролюб. Ничего я не чую.
– Почему? – требовательно спросил Миролюб у Альгидраса.
Тот поднял взгляд на Радима.
– Вы все что-то чуете? – наконец спросил Радим.
Альгидрас медленно кивнул и повернулся к Миролюбу:
– Он не чует потому, что и не должен. Вот отчего чуешь ты?
– Всемилка, – стремительно поднялся на ноги воевода. – Ты хоть в себе? Ты же не чуешь эту их…
Мне очень хотелось соврать, но я не могла. Я слишком долго врала Радиму.
– Она там. Она зовет. От нее внутри дрожит.
Радим шагнул ко мне, и я вздрогнула, почему-то решив, что он меня ударит. Алвар, видимо, тоже так решил, потому что скользнул между нами. И это выглядело бы комично, учитывая, что он едва доставал Радиму до плеча, если бы мне не было так страшно в тот момент. Я ухватилась за плечо Алвара и потянула того в сторону, от греха подальше. Радим сделал еще шаг и, схватив меня за руку, дернул к себе. Он прижал меня к груди так крепко, что мне показалось, мои ребра переломаются.
– Всемилка… Как же так? – с тоской проговорил он.
Ответить я не успела, потому что Радим так же резко меня отпустил и скрылся за сторожкой. Мужчины посмотрели на меня. Все трое. Алвар с Альгидрасом глядели с сочувствием. Миролюб же – задумчиво.
– А если он спустит псов? – обхватывая себя за плечи, пробормотала я, стараясь не смотреть ни на кого из них.
– Они не тронут, – откликнулся Алвар.
Я же испугалась того, что позволила себе вслух усомниться в Радиме, в его абсолютной любви к сестре. В этот момент мне уже не хотелось найти Деву. Мне хотелось вернуться в дом Радима, чтобы он снова рассказывал байки и шутливо щелкал по носу. Вдруг оказалось, что судьба мира для меня не так важна, как расположение брата Всемилы.
