Мы брели по пустынной улице, внимательно осматривая темные закоулки и тупики между дворами. Непогода распугала всех горожан, лишь теплый свет, льющийся из окон домов, указывал на то, что город обитаем. Большая часть уличных фонарей не светилась, подтверждая мою догадку насчет того, что городские власти демонстративно махнули рукой на кварталы, прилегающие к Академии. Чародеям и тем, кто с ними якшается, намекали на то, что их беды и заботы больше никого в городе не интересуют, пусть хоть все они скопом провалятся в бездонную промоину посередь улицы или утопятся в переполнившейся сточной канаве.
Услышав далекий бой часов, я рассудила вслух, что Озрика выглядывать еще рановато, он показывался у порога харчевни часом позже, и вряд ли часто изменял этой привычке — я помнила секретаря Стеллы, как очень педантичного субъекта. А вот подыскать какой-нибудь пустырь поблизости следовало побыстрее. Пасмурные вечера вдвойне темны.
Наши поиски вскоре увенчались успехом — улица, в начале которой стояла харчевня, упиралась в буйные заросли кустов над зловонной узкой речушкой. Дом, ближайший к этому диковатому месту, тоже выглядел заброшенным: ворота его покосились, а среди зарослей чертополоха, занявшего место цветников, вилась тропинка — эти развалины наверняка манили к себе бродяг, пьяниц и прочих прохожих, желающих уединиться по каким-либо причинам.
Мы протиснулись по очереди во дворик, осмотрелись и решили, что это прекрасное местечко для людей, лелеющих преступные замыслы: до ближайших соседей не докричаться, а среди высокой сорной травы, у остатков беседки был вытоптан небольшой, порядком замусоренный пятачок, в центре которого чернело кострище — наверняка, здесь не раз устраивались на ночлег неприкаянные бродяги, и криками да потасовками случайных прохожих тут было не удивить.
— Отлично, — сказала я с преувеличенным энтузиазмом. — Сюда-то мы его и притащим.
— И, как пить дать, наткнемся на компанию ночных бродяг, укрывшихся здесь от дождя, — кисло произнес Мелихаро, все еще не верящий в пользу от моей затеи.
— Да, это верно… — задумалась я. — Место могут занять. Что ж — оставим тут магистра Леопольда. Застолбим этот уголок.
— И как я, по-вашему, должен отгонять толпу головорезов? — возмутился чародей.
— Придумайте уж что-то, — мстительно отозвалась я, припомнив, как накануне Леопольд той же фразой отделался от моих упреков.
— Ладно, — неожиданно легко согласился магистр, поразмыслив. — Здесь можно укрыться от дождя, и я не промокну до нитки, выжидая этого проклятого Озрика у харчевни вместе с вами. А если кто-то сюда сунется, буду изображать перепившего гуляку, которого выворачивает наизнанку без остановки. Вряд ли кому-то придется по нраву подобное соседство.
— Изящное решение, — одобрила я, и мы на время попрощались с магистром, истинные мотивы которого я, конечно же, сразу разгадала — уж больно красноречиво булькали и позвякивали бутылки в его сумке.
— Это несусветная чушь, — сказал в сотый раз демон, наблюдая за улицей из подворотни, где мы уже довольно долго мокли под усиливающимся дождем. — Если этот парень достаточно разумен для того, чтобы не бродить по городу в такую дурную погоду, то нам чертовски повезет, помяните мое слово.
— Знаете, господин Мелихаро, — ответила я, кутаясь в промокший плащ, — в нашем положении говорить о каком-либо везении не стоит. Самым лучшим исходом будет тот, при котором мы доподлинно узнаем, насколько плохи наши дела.
— Быть может, они вовсе не плохи, — упрямо возразил Мелихаро, и я вздохнула с завистью: хотелось бы мне смотреть в будущее с подобной надеждой.
— Кто-то идет, — навострил уши демон, не дождавшись от меня ответа. — Я точно слышал, он ругнулся, поскользнувшись около той большой лужи на углу. А чуть раньше лаяли бродячие собаки…
Мы затаились, ожидая, пока неизвестный подойдет поближе к харчевне, гостеприимный вход которой освещался фонарем, качающимся на ветру.
— Кажется, это он, — сказала я, и сердце мое замерло от волнения. Мне и самой было ясно, что наша затея безумна. Но теперь отступать было поздно.
— Ну что ж, — Мелихаро отряхнулся и размял ноги, затекшие от неподвижности. — Тогда я следую за ним. Вряд ли сегодня там много народу, а бедолагу этого я запомнил в лицо в тот раз, когда мы за ним следили. Авось не спутаю.
